Мы проходим за тяжелые бархатные портьеры и оказываемся в зале.
И он ошеломляет. Зал тонет в полумраке, прорезанном лучами фиолетовых и красных софитов. Густой воздух пропитан дымом кальянов, дорогим алкоголем и похотью.
В центре — большая сцена с несколькими блестящими шестами. А на них — девушки. Их тела идеальны: длинные ноги, упругие ягодицы, высокая грудь. Они двигаются медленно, пластично, извиваясь под тягучий басовитый ритм музыки. На них почти нет одежды — лишь крошечные блестящие лоскутки ткани, которые ничего не скрывают.
Вокруг сцены за столиками сидят мужчины. Солидные, в дорогих костюмах.
Они смотрят на этот парад обнаженной плоти, лениво потягивая напитки.
Мне становится не по себе.
Я здесь чужая. Как будто попала на пир к вампирам.
Хочется развернуться и убежать, но ловлю на себе внимательный взгляд Дмитрия… и заставляю себя натянуть на лицо улыбку.
Дмитрий ведет меня не к столикам в общем зале, а к возвышающейся над остальными ложе, скрытой за полупрозрачной драпировкой. Закрытая вип-зона.
Здесь тише — музыка доносится приглушенно.
Замечаю богато накрытый стол. Целая батарея бутылок: вино, мартини, шампанское, несколько сортов виски. Рядом — ваза с фруктами и серебряное блюдо с изысканными закусками.
— Садитесь, прошу, — галантно говорит Дмитрий, указывая на глубокий диван из черной кожи.
Сажусь на самый краешек, чувствуя, как проваливаюсь в мягкую обивку. С этого места открывается идеальный вид на сцену, но я стараюсь не смотреть туда.
Вместо этого смотрю на Дмитрия…
Нет, на Франка.
Здесь он Франк.
И он вписывается в атмосферу этого места очень органично.
Это его мир.
Глава 11
— Итак, Дмитрий, каков наш план на сегодняшнюю сессию? Цели?
Франк откидывается в кресле с ленивой грацией хищника.
— План? Майя, какое скучное слово. Я предпочитаю импровизацию. Что до цели... — Он делает паузу. — Цель всегда одна: добраться до той точки, где от восторга перехватывает дыхание, а мир на секунду рассыпается на миллион ослепительных звезд. Кажется, так это звучит на вашем языке женщин.
Хм… Опять эти завуалированные фразочки.
Не совсем понимаю, чем язык женщин отличается от мужского, но стараюсь держать лицо перед этим сложным пациентом.
— Очень амбициозная цель, Дмитрий, — киваю с самым серьезным видом, на какой только способна. — «Рассыпаться на звезды»… Прекрасный образ для полного освобождения. И каким же вы видите успешный финал нашего сегодняшнего... вечера?
Франк наклоняется вперед, подается ко мне всем телом, и дистанция между нами становится опасно короткой.
— Успех — это полное слияние, — понижает голос. — Когда исчезают все границы. Когда замолкает разум, уступая дорогу чистому инстинкту, который знает только одно — брать то, что хочется. Когда после этого не остается ничего, кроме сладкой обессиленной истомы в каждой клетке и жгучего, почти мучительного желания повторить все сначала.
Меня почему-то бросает в жар.
Воздух становится густым, как сироп, а шелковая блузка превращается в липкий кокон.
Ищу глазами на столе воду, но ее нет.
Франк наклоняется к серебряному ведерку и достает бутылку «Cristal».
— Дмитрий, вынуждена вас остановить! — выпаливаю, когда раздается тихий хлопок пробки. — Алкоголь на сессии — это нарушение всех мыслимых правил!
— Это не алкоголь, Майя, — наполняет бокал, — а безобидное шампанское.
Протягивает наполненный бокал мне.
От ледяного стекла исходит спасительная прохлада. Жемчужные нити пузырьков в золотистой жидкости гипнотизируют. Горло горит.
Профессиональная этика ведет смертный бой с банальной жаждой и желанием попробовать вкус богатства.
Хотя бы раз в жизни.
— Только один глоток, — сдаюсь. — Чтобы промочить горло.
Забираю бокал.
На мгновенье Франк задевает своими пальцами мои, и по руке будто пробегает разряд тока.
Подношу ледяное стекло к губам.
Тысяча крошечных дерзких взрывов на языке. Вкус дикой земляники, разогретого солнцем миндаля и роз после летней грозы.
Вкусно.
Делаю еще один глоток уже смелее.
Пока смакую шампанское, Франк берет хрустальный бокал и небрежно бросает в него два кубика льда. Наливает виски.
Неотрывно наблюдаю за каждым движением, и в какой-то момент ловлю взгляд Франк.
Вздрагиваю, словно меня поймали на месте преступления.
Вздергиваю подбородок.
— И вы туда же? — упрекаю, стараясь, чтобы голос звучал строго. — Мало того, что вы спаиваете своего психолога, так еще и сами начинаете сессию с крепкого алкоголя?