— О, он его возьмёт. Другие варианты я даже не рассматриваю. — Глаза Кирилла блеснули. — Не хотелось бы прибегать к крайним мерам.
— Это к каким?
— Отправить тебя на курсы молодых талантливых авторов, разумеется. Повышать квалификацию.
— Между прочим, очень выгодное дело — эти курсы, — с набитым ртом сказала я. — Люди платят по двести долларов, чтобы приобщиться к великому. Я могла бы там преподавать.
Кирилл расхохотался.
— И чему бы ты учила несчастных авторов? Писать эротические сцены в голом виде?
Я демонстративно поиграла пояском халатика.
— Продемонстрировать?
Кирилл хмыкнул.
— Ну, я даже и не знаю…
Я возмущённо открыла рот, но он лишь рассмеялся.
— Мне нужно поработать, ежонок. Но ночью, обещаю, я не оставлю на тебе живого места.
Он встал.
— Помоешь посуду?
— Не вопрос.
— И, кстати… — Кирилл помедлил, — держи. Не злоупотребляй, ладно?
Кирилл положил передо мной мой телефон. Я просияла. Ух, вот теперь-то я посижу в соцсетях! Почитаю скандальчики за все последние…
Я перевела взгляд на Кирилла, и мысль тут же увяла.
Он рассчитывал на меня. Он доверял мне. Ему нужен был мой роман.
И времени оставалось всего ничего.
— Конечно, — твёрдо сказала я. — Только сделаю пару звонков… ну, и… посмотрю почту…
Кирилл вздохнул.
— С тобой всё понятно. Перед сном отберу.
— Спасибо, — тихо сказала я.
— Не за что, ежонок. Ты моя девушка, в конце концов.
Я почувствовала, как зажигаются мои глаза.
Его девушка. Это звучало… именно так, как нужно.
Его девушка. Его.
Я расплылась в глупой счастливой улыбке. Которую тут же стёрла с лица, заметив ехидный взгляд Кирилла.
— Что?!
— Ты потрясающе выглядишь, когда убираешь колючки и отпускаешь себя на волю, — мягко сказал он. — И в постели тоже.
— У меня хороший учитель.
— Да, — задумчиво сказал Кирилл, — пожалуй, ко мне на мастер-класс стояла бы очередь.
Мы вместе рассмеялись. А потом Кирилл, бросив на меня многообещающий взгляд, вышел, и я наконец осталась одна.
Кому бы позвонить?
А потом я поняла.
Вере.
Мы должны были с ней поговорить. Если моя подруга, единственная, кто согласилась меня приютить, будет считать меня охотницей за деньгами её брата, я же не выдержу.
Хотя, конечно, за миллионом я охочусь только так, поправила себя я. Но это же совсем другое.
Гудки в трубке. Иконки мессенджера на экране.
— Привет, — произнесла Вера. Голос звучал холодно.
— Привет, — просто сказала я. — Мы встречаемся с твоим братом. Он расстался с Мариной, и она не ждёт от него ребёнка, если вдруг что.
— Хорошо.
Голос Веры вновь прозвучал холодно и сухо.
— Ты сильно на меня злишься? — упавшим голосом сказала я.
— Ты изменилась. Не пустила ребят, когда они приехали к тебе в гости. Потом эти фотографии, потом Марина сказала, что ты сбила её с ног, когда вы катались на лыжах. А сегодня ты вырвала у неё из рук тест на беременность.
— Она выложила эти фотографии! И она в меня врезалась! Что до ребят, они…
— Слишком много всего, Лир, — тихо сказала Вера.
Я вздохнула. Чёрт. Мне её всё-таки не переубедить.
— Наверное, — так же тихо сказала я. — Но что, если всё было не так? Если Кирилл познакомился со мной после того, как расстался с Мариной, и она начала мне мстить? Неужели ты не можешь допустить, что это ей Слава слил мои фотографии, и выложили их по её просьбе? И неужели было бы здорово, если бы она несколько месяцев морочила твоему брату голову и врала бы, что беременна?
Пауза.
— Что до ребят, они вломились за ворота без моего согласия, — сказала я. — И без согласия Кирилла. Выгнал их он, хотя я была только за. Я понимаю, что вежливо было бы пустить любых гостей, даже незваных и неприятных, но давать кому-то вытирать о себя ноги тоже ведь не хочется.
Вера хмыкнула.
— Да уж. Андрей с Костей и ангела до ручки доведут. Помнишь, как Костик пытался ухаживать за мной на пятом курсе, и чуть не вынес дверь аудитории, где мы с Марком целовались?
Мы вместе захихикали.
— Я дружу с Мариной, — произнесла Вера негромко. — Давно. И мне трудно поверить, что те фотографии могла выложить она, или скрывать от Кирилла тест на беременность, или… — Вера запнулась. — Я не знаю. Но мне сложно совсем тебе не верить. Я поговорю с братом.
— Я очень его люблю, — тихо сказала я. — Настолько, что подарила ему игрушечный паровозик, засыпаю с ним в обнимку и готова выслушать от тебя любые суровые нотации, лишь бы у вас с ним из-за меня не было ссор.