В то же мгновение раздался страшный грохот и лицо Монти, превратившись в кровавое месиво, разлетелось в разные стороны…
В ушах звенело и тошнотворное зловоние, в одночасье наполнило комнату. Девушки лежали уткнувшись друг в друга, боясь пошевелиться. Что-то металлически клацнуло совсем рядом. Первой не выдержала Лена. Она вскочила на ноги, схватила со стола тяжелую хрустальную вазу и только после этого подняла глаза… Перед ней стоял Атилла.
— Не бойся, — сказал он спокойно, засунул пистолет в кабуру, подвешенную под левой рукой и вышел из комнаты.
Тереза, ничего не понимая, первым делом, бросились к лежащему на полу Диме и приложила пальцы к шее… Пульс прослушивался. Она перевернули его на спину и положили под голову подушку и та моментально стала бордовой от крови.
— Принеси воды, там на кухне где-то аптечка должна быть, — крикнула она Лене, но та даже не пошевелилась, уставившись не моргающими глазами в одну точку.
Тереза махнула рукой и сама сбегала на кухню. Плеснула в лицо Диме холодной воды, приложила к затылку мокрое полотенце и поводила перед носом ваткой, смоченной нашатырным спиртом. Дима дернул головой и открыл глаза.
— Короткая была… битва. — Натужно улыбнулся он, одной рукой держась за пах, а другой потирая гудящую голову. — А этот… ушел что ли?
— Нет, — ответила Тереза и поцеловала Диму в пересохшие губы, — он уже никуда уйти не сможет. Отходился…
ГЛАВА 49
Телефонный звонок застал Атиллу у самого входа в офис и последние слова, которые он услышал от Монти прозвучали в трубке, когда он уже зашел в холл. За столом сидела заплаканная Сильвия, которая что-то истерично набирала в телефоне.
— Чего ревешь, красавица, — пошутил Атилла и подошел ближе, — жених обидел?
— Тебе лишь бы посмеяться, — всхлипывая ответила Сильвия, — ты лучше зайди в кабинет. Сразу смеяться пере хочется.
— И что ж там такого может быть такого, что должно меня удивить?
— А ты зайди…
Атилла недоверчиво посмотрел на Сильвию, открыл дверь кабинета и заглянул внутрь… Голая девушка, уткнувшись лицом в подушку, лежала на диване и ее исцарапанное и покрытое синяками тело сотрясалось от рыдания. Что-то больно кольнуло в сердце. Атилла подошел ближе и прикоснулся к ее плечу, чтобы развеять свои сомнения. Увы… Девушка повернулась, пряча опухшее лицо в волосах… Это была Юдит…
— Кто!? — закричал он.
— Монти…, — едва слышно произнесла она.
— Сильвия! — крикнул Атилла, снимая пиджак и набрасывая его на плечи Юдит. — Быстро врача и одежду.
— Может быть полицию вызвать? — спросила она, заглянув в кабинет.
— Никакой полиции! Ты поняла меня?! Никакой полиции! Я сам…
Он уже несколько минут стоял в коридоре и слушал «проникновенную речь» Монти. Как долго он его терпел, как долго держал в себе чувство, разрывающие сердце. Он боялся назвать его любовью, боялся выдать себя. Он старался всё время быть рядом с Юдит, как тень следовал за ней, оберегал от неприятностей и одновременно с этим наслаждался ею. Но изменить Атилла ничего не мог, не потому что ему было страшно что-то сделать, а потому что он боялся своими действиями навредить ей. Такая вот у него была любовь…
И вот эта тварь переступила черту, из-за которой уже не было возврата, и взведенный курок давал уверенность, что решение отмене не подлежит…
Крик Лены вывел его из забытья. Рука с пистолетом сама собой взлетела вверх… Выстрел… И полная тишина…
— Не нужен мне врач, — сказала Юдит, одевая то, что принесла Сильвия, — вызови такси и дай мне что-нибудь болеутоляющее.
— Но Атилла приказал…
— Милая, сделай, пожалуйста, то что я прошу, — властно перебила ее Юдит.
Она бежала по лестнице, держась из последних сил и каждый шаг сопровождался болью, расползающейся по всему телу. Дверь была открыта. Юдит не раздумывая вошла в квартиру, и первое что ощутила — тошнотворный запах пороха и крови. Голова закружилась, но она оперлась о стену и сделав еще несколько шагов, заглянула в гостиную. Лена сидела в углу и монотонно раскачивалась вперед-назад, невидящими глазами смотрела куда-то сквозь нее. В кресле, спиной ко входу, сидел Монти. Если бы не дырка в голове и не забрызганная кровью мебель, то можно было подумать, что он просто отдыхает. Юдит не смогла сдержаться, и согнувшись пополам, вырвала себе под ноги. На шум из соседней комнаты вскочила Тереза, и в первую секунду даже не узнала свою подругу.
— Юдит? Боже мой, что случилось!?
Она схватила лежащий на диване плед и накрыла им растекающуюся по полу блевоту, потом взяла под руки, едва стоящую на ногах Юдит, и повела ее в ванну.