В горле пересохло, а руки тут же покрыло дрожью.
— К-кто он?
Мама отходит от двери, пропуская в комнату молодого человека.
— Влад, — паника оступает, но боль не покидает тело. Мне стыдно. Я всё помню. Как помню и то, что именно Влад спас меня и помог выбраться.
— Привет, — парень пытается улыбнуться, наблюдая за мной.
— Я пойду поставлю чайник, — всего лишь отговорка. Я знаю свою родительницу.
Мама оставляет нас наедине, плотно закрыв за собой комнатную дверь.
— Как ты? — он подходит ближе, а я пытаюсь быстро спрятать руки под одеялом. Не хочу лишних вопросов. Это только делает больнее, — Аля, — его голос меняется. Он приближается ко мне, и когда мы сталкиваемся взглядами, я наблюдаю в его глазах страх и беспокойство, — Они что-то сделали?
Замираю на месте, еле дыша смотрю на парня и стараюсь не заплакать, но есть ли в этом смысл? Мои глаза красные от пролитых слез за всю ночь. Он видит это, потому и спрашивает, но меня такие расспросы лишь добивают.
— Аля, — парень садится рядом, из-за чего я сильнее натягиваю одеяло на тело, — Эти ублюдки в чем-то виновны?
Пытаюсь сказать «нет», но не в силах лгать.
— Посмотри на меня, — он дотрагивается ладонями до моего лица, внимательно рассматривая каждую ссадину и разбитую губу.
— Всё... — хорошо? Правда? Это ты хочешь ему сказать?
— Аль, — он хочет взять меня за руку, но я одергиваю парня, не позволяя ему увидеть лишнего. Только вот поздно. Владу удалось рассмотреть синяки на моих запястьях.
Он с ужасом смотрит на мои руки, видимо складывая в уме все пазлы, которые слились в одну ясную картину. Ему больно... Я вижу как от злости ходят желваки по его лицу, а сам он чувствует гнев, злость и вину. Последнее чувство мне знакомо не первый год.
— Тварь... — «рычит» парень, и хочет подскочить с кровати, но я даже не подумав о последствиях, хватаю его за руку, отрицательно качая головой.
Они убьют его.
Аверин точно придумает что-то мерзкое.
Ему нельзя приближаться к Игнату и Стасу ради своей же безопасности.
— Не надо, — прошу сиплым голосом, понимая весь будущий ужас.
— Ты думаешь я это оставлю? Аля, эти ублюдки должны за всё ответить! Они тебя... — он запнулся, закрыв лицо руками, но, кажется, я успела увидеть в его глазах блеск солёной жидкости.
Соглашаюсь с его словами, но все же не спешу отпускать молодого человека. За меня впервые кто-то так рьяно заступается. Я не позволю им навредить ещё и Астафьеву.
— Пожалуйста, — шепчу, опуская голову ему на плечо, — не надо.
— Аль...
— Пожалуйста, — ещё немного и у меня начнется истерика. Разве он не понимает, что я пытаюсь его защитить?
Впиваюсь ногтями ему в кожу, прокручивая все сюжеты, и ни один из них не кончается счастливым концом. Если Аверин что-то задумает, то он доведет дело до конца, потратив всё до копейки.
— Он должен поплатиться...
— Пожалуйста, — кричу я и со всей силы бью кулаками ему в грудь.
Мне не хватит сил идти в одиночку. Я сломаюсь. И, кажется, процесс уже запущен.
Прижимаюсь к парню и сдерживая всхлипы, тихо плачу.
Так больно и страшно.
Что будет дальше? Смогу ли я забыть об этом? Возможно ли такое вообще забыть?
Вздрогнув от неожиданности, я чувствую касание ладоней молодого человека.
Влад осторожно, словно подарив мне возможность привыкнуть к прикосновениям, обнимает и целует в макушку, повторяя лишь одну фразу:
«Я отомщу за тебя любой ценой».
***
Сотояние никудышнее. Хочется встать и исчезнуть, избавив себя от проблем и маму от лишнего груза. Перед глазами теперь только тот кошмар. Закрываю глаза и вижу их тени. Темнота... Вот что меня убивает с недавних пор. Теперь ночь сопровождается не сладкими снами и мечтами, а ужасами и боязнью встать ночью с кровати.
За пройденные дни я даже комнату не покидала ни разу. Всё надеялась на чудо и молила, чтобы все страхи оставили меня, но, кажется, они становятся только сильнее. Мне страшно. Я не знаю, что делать и как быть дальше. Когда мама узнала о произошедшем, она долго плакала, а на следующий день повела меня в полицию, где я скомканно рассказала о проклятом вечере.
Не знаю чем всё кончится, но я не хочу знать итог. Хочется спрятаться в углу и позабыть обо всём, что произошло. Так будет лучше. Если бы только люди могли стирать себе память...
В отражении уже какое утро подряд меня встречает совсем чужая девушка, словно из параллельной вселенной: скомканная одежда, распущенные волосы, слишком ярко выделенные синие круги под глазами. Я сама на себя не похожа. Но если честно, мне совершенно безразлично.