Родительница часто пыталась защитить его, говоря мне, что так он переживает страх и перенесённую боль, но есть ли смысл настолько защищать свою дочь, оставляя её одну в своих мыслях? Влад - моё спасение. Глупо отрицать этот факт.
— Он скоро поймёт, что не прав, — говорит мама, но я уверена, она даже сама не верит своим словам.
— Папа слишком сильно взялся за мою опеку, не поздно ли?
— Аля, он сердится, и больше всех на себя, — ей тяжело признавать, что со мной произошло, но она держится изо всех сил, чтобы не допустить мне усомниться в моих надеждах на будущее, — Я совсем не рада, что мы так часто проводим время вместе, но хочу чтобы ты знала, мы одинаково любим тебя. Каждый из нас это делает по-разному, но стремится к одному итогу. Не злись на отца, я уверена, спустя несколько дней он сам поймёт свою ошибку.
Да, она изначально тоже была против Влада, но ей удалось убедиться в человечности молодого человека, неужели отцу так сложно хотя бы раз дать мне возможность до конца рассказать о парне?
Звонок в дверь оборвал мои мысли и заставил биться сердце сильнее. Только не знаю от чего больше: от долгожданной встречи с парнем или страха, что отец нас увидит?
— Это Влад, — шепчу я, моля о помощи.
— Иди открывай, — даже не задумавшись отвечает мама и подгоняет меня быстрее подойти к двери.
— Но что если папа вернётся?
— Беру на себя, если ты хорошо себя чувствуешь в компании этого приятного молодого человека, то я сделаю всё возможное, чтобы заставить твоего отца увидеть счастливые глаза его ребёнка.
Улыбаюсь маме и поцеловав её в щеку, бегу к двери, за которой находился Влад.
Я не знаю кто мы друг другу. Наверное, уже друзья. Хотя кто сказал, что друзья не могут тайно чувствовать к друг другу запретные чувства?
Но всё же я поняла, что в этой жизни не хочу любви. От неё только боль и разочарование.
Открываю дверь и замираю на месте, бессовестно оглядывая парня с головы до ног.
Передо мной стоит совершенно другой человек, о существовании которого я даже не знала.
Нет прежней чёрной одежды, кожаных браслетов и чёлки, нависающей на глаза.
Парень одет в обычную белую футболку, синие джинсы и кроссовки.
Влад улыбается и протягивает мне пакет с продуктами, где отчётливо виден мой любимый персиковый йогурт.
— Привет, — я без ответного приветствия пропускаю его в квартиру, не переставая глазеть.
— А где прежний Влад? — в шутку отвечаю, но вижу как молодой человек серьёзно напрягся.
— Решил понемногу возвращаться к жизни и отпустить прошлое, — он нахмурился, — знаешь, не только ты меняешься из-за наших встреч.
— Аля, ну где вы там? — мама вышла в коридор, но тут же остановилась на месте, с удивлением рассматривая парня, — Влад, тебя не узнать...
— Спасибо, — усмехнулся он, наблюдая за нашими реакциями.
— Не заставляйте меня вас долго ждать, — мама вернулась на кухню, а я не в силах сразу же последовать за ней, ведь до сих пор не могу успокоить в себе радость от услышанного.
— Так значит я меняю тебя?
— В лучшую сторону, — подметил Влад и достал из пакета йогурт.
***
*Наши дни*
— Что делал Клим в твоей комнате? — Влад стоял возле окна, наблюдая за своим отцом и моей мамой. После посещения моей палаты, они решили, что будет разумно оставить меня на обследование на несколько часов. Влад сделал всё возможное, чтобы остаться рядом со мной, и выиграть спор, который успел развязаться между ним и отчимом.
— Мы всего лишь поговорили, оказалось у нас есть много общего...
— Знаешь, меня этот ответ не успокаивает, — он облокотился на подоконник, — Я ведь просил покончить с вашим общением.
— Я помню, прости, но мне действительно важен наш с ним разговор.
— И о чем интересно вы беседовали?
— А ты что, ревнуешь? — хочу перенаправить беседу в другую сторону, сейчас не время всё рассказывать парню. Влад поймёт, я уверена, но лучше немного подождать подходящего момента.
Он не ответил. Посмотрел на меня и опустил взгляд.
Что это значит? Он ревнует или нет? Почему нельзя ответить на мой простой вопрос.
— Я выйду, тебе что-нибудь купить? — он ловко меняет тему, следуя моему примеру.
— Пожалуй йогурт, — хочу добавить какой именно, но Влад не дал мне договорить.
— Персиковый, я знаю.
25.
Курс лечения составил неделю. Успехов обнаружено не было, но врачи как заводные твердили, что мой случай особенный и требует особой концентрации. Может быть они правы, но оставаться в больнице на еще одну неделю мне не хотелось, поэтому почувствовав себя лучше, я сразу покинула больничное учреждение.