— Ты больной! — прокричал Глухой Свист и дёрнулся, от чего волки крепче сжали пасти на его конечностях, глубже вонзая в них зубы.
— Да? Откуда знаешь? — весело спросил Зверь, — Рассказал кто-то?
Он наклонил флакон чуть ниже, и большая капля жидкости упала на лоб Свиста. Тот задёргался, взвыл и отчаянно завертел головой, ощущая, как горит кожа.
— Хватит! — громко сказал Ревнитель. Без намёка на приказ или властный тон, просто, чтобы Зверь обратил на него внимание.
— А вот и командир показался. — Он улыбнулся своему пленнику и отправил тому на лоб ещё одну каплю кислоты, после чего повернулся к Ревнителю, — Ну что? Будешь рассказывать, что ты как раз собирался рассказать всё о том, как твои люди пустили убийц в лагерь?
— Я ещё разбираюсь в ситуации.
Сейчас Кирк старался быть как можно аккуратнее в словах.
— Зато я уже во всем разобрался. — Зверь вновь сосредоточил внимание на своём пленнике, — Он командир пятёрки, что пропустили убийц внутрь.
Свист зарычал, когда ещё одна капля едкой кислоты опустилась на его лоб.
Фиона не выдержала при виде этой пытки:
— Прекрати! Он не специально это сделал!
— А я вот думаю по-другому! — Зверь дёрнул рукой и сразу несколько капель зашипели на лице Свиста.
— Я была там! Это случайность! — крикнула девушка несколько громче, чем собиралась.
Зверь замер. Несколько секунд ничего не происходило, а потом склянка в его руке исчезла, а сам он резко поднялся со Свиста и резво двинулся в её сторону. Кирк сделал шаг вперед наполовину заслонив её своим телом.
— Спокойно, защитничек. Она последняя кого я бы здесь убивал.
— Их было одиннадцать, помятые, как после боя. Мы решили, что они потеряли четверых. Их лидер шёл очень уверенно и казался расстроенным. Мы просто не хотели конфликтовать.
— Мы? Или он? — Зверь указал на Свиста у себя за спиной, которого его волки, кажется, хотели четвертовать, — Подумай хорошенько. Это твоё объяснение или его? Решение должен был принимать он, его ведь пост. Ты хоетла вмешаться? Заметила что-нибудь странное?
Фиона ещё раз прокрутила всё в своей памяти. Всё выглядит логично. Он просто боялся сталкиваться со Зверем и не зря. Разве, что он как-то сильно нервничал до их прихода, а потом сразу успокоился… Она вышла из раздумий, посмотрела на человека перед собой и похолодела: он увидел эти сомнения на её лице и зрачки его сразу же стали вертикальными.
Зверь с рычанием бросился к Свисту. Тело последнего дернулось и обмякло, когда он воспользовался функцией принудительного выхода. Дополнительный штраф после перерождения стоил быстрой кончины. Волки отпустили уже мертвое тело, а Зверь завис над ним, будто раздумывая. Через несколько секунд он взревел как животное, схватил труп и начал буквально рвать его на части. За десять секунд он превратил его в груду ошмётков. Последней стала голова: он придавил остатки туловища ногой, а сам двумя руками вцепился в шею и тянул пока не отделил её от тела.
Зверь поднял её вверх, словно трофей, и начал показывать её окружающим, пока его звериные глаза снова не набрели на Ревнителя.
— Дай угадай. В гильдии он давно, но большую часть времени был хорошим игроком, для какой-нибудь дочерней гильдии третьего эшелона. Потом, внезапно, сильно прибавил, начал быстро нагонять основу, а перед самым отбором сюда так и вообще отличился? Но играет из дома, по какой-нибудь личной причине, да? Не смотри ты на этого старика, итак всё понятно, — он с силой швырнул голову убитого Ревнителю и тому просто пришлось её поймать, чтобы не получить удар.
Зверь медленно побрёл к нему:
— Он больше не зайдет сегодня в игру. Поедите проверять его на дом и никого там не найдете. Из гильдии он тоже скоро ливнет. Он — первый. Если будет второй, — сказал он уже подойдя вплотную, — после того как всё это закончится, я куплю билет на самолёт.
Сплюнув ему под ноги, Зверь отозвал своих духов и пошёл сквозь толпу вооруженных игроков обратно в свою часть лагеря.
— Слабовато пока, — сказал Стужа с сигарой в зубах, — давай, подбавь газу, а то я уже начинаю придумывать новый «бросок баллисты».
Баллиста недовольно скривил лицо при упоминании этого инцидента, успевшего стать мемом в их клубе, да и во всей экспедиции в целом. Он надеялся, что его вынужденный полёт останется погребенным под тяжестью шока от способностей, продемонстрированных Коллекционером. К несчастью, его мечтам не было суждено сбыться и теперь он ежедневно слышал от согильдийцев шутки по поводу его новообретенной способности летать.
И человек, ставший причиной всех этих разговоров, сейчас сидел напротив него, стараясь обучить новому приёму, а если быть точнее — создать новую особенность энергетического тела. Томас держал большой объём маны в одном из энергетических каналов руки, искусственно не давая ему продвинуться вперёд. Баллиста собрал её уже столько, что давление на канал стало отзываться физической болью. И все же, по мнению Стужи этого было недостаточно. Тогда Томас добавил ещё немного и в этот момент установленный им блок рухнул, поток маны начал идти вперед, распределяться по нескольким ближайшим каналам и в таком виде вышел из его ладони. Всё произошло так быстро, что Томас едва успел сформировать из этого сгустка маны [Магическую Стрелу]. Заклинание пролетело несколько метров, нацеленное на спину одного из подчиненных Стужы. Не дойдя нескольких сантиметров до краёв просторной ткани, скрывающей тяжелые доспехи, заклинание ударилось о едва уловимый взгляду магический барьер. На секунду в месте удара образовалось небольшое красновато-оранжевое пятнышко, быстро исчезнувшее под действием магии игрока-владельца барьера.
— Нэ-э, — промычал разочарованный Стужа и сделал затяжку, краешек его сигары поглотило синее пламя.
Эта итерация оказалась очень жаркой. Не пустыня, но что-то близкое к этому. Игроки спасались от жары, как только можно, поэтому их изрядные запасы воды таяли довольно-таки быстро. На стремительно темнеющем небе уже появились первые звёзды, поэтому Томас позволил себе снять верх, чтобы кожа могла порадоваться дуновениям остывающего ветра.
А вот Изгой и его люди продолжали идти в своих доспехах, с пришитым к ним балахонам и каково им в такую жару было страшно даже представить. Особенно тяжело приходилось Стуже, который практически без остановки курил свои сигары, начиненные эссенцией холода до такой степени, что даже огонь под её влиянием сменил свой цвет на синий. Он вытянул руку и с его ладони моментально сорвалась [Магическая Стрела], тоже нашедшая свой конец в столкновении с барьером. Только вот заклинание Стужи оставило куда более объёмный след на барьере, которому понадобилось несколько секунд чтобы окончательно исчезнуть.
— Ну, видимо это твой нынешний предел. — Стужа выдохнул облачко белого дыма, обдавшего Томаса прохладой, — Дальше прогресс пойдет только после изменения энергетического тела.
Энергетическое тело было сродни кровеносной или нервной системе: оно пронизывало тело физическое и выполняло крайне важную функцию — позволяла нормально использовать ману. Но в отличии от физических систем организма, энергетическое тело можно было довольно радикально усилить и изменить. Когда большие игровые клубы плотно взялись за Дастриус, это стало одним из направлений исследования магии. У игроков уже есть один серьёзный пример изменения энергетического тела — создание ядра боевое энергии. Однако это лишь одно из огромного множества возможных улучшений. Каждый игрок может изменить, развить и улучшить свою энергетическую сеть, заточив её под конкретные задачи, магию и даже конкретные заклинания.
По крайне мере в теории.
До этого похода во всём Ореоне маги развивали энергетическое тело целиком, увеличивая либо общую пропускную способность каналов, либо улучшая ток маны в них, создавали дополнительные узлы маны в руках и ладонях, как в основных местах выхода. Стужа показал ему совсем другой подход — по-настоящему тонкую настройку для практически мгновенного создания сильных заклинаний. Не таких, что опустошают целый участок поля боя, нет, это было бы слишком нечестно. Но с помощью такого удара маг может дать отпор противнику, что оказался способен приблизиться к нему вплотную.