Кэмиан уже видел, как сражался Дреск тогда, в храме, но он по-прежнему впечатлял. Будучи одним из надсмотрщиков за воспитанниками Судьи в игре он хорошо знал, насколько слаженно и мастерски они сражаются вместе. Они способны уверенно убивать боссов на много десятков уровней выше себе впятером, втроём, да иногда даже вдвоём! А однорукий Дреск, едва не убитый пару недель назад, давал им бой! Неудивительно, что он был одним из тех, кому удалось сбежать из Ямы.
Впереди появился один из духов Геяра. Ванор зарядил руку энергией, готовясь просто смести призрака со своего пути. И вот когда он уже начал отводить руку для удара, как по щелчку пальцев, дух исчез, а его место занял сам Геяр, припав к земле, словно хищник перед броском. Одновременно с его рывком, Кэмиан почувствовал, как тело обдало волной леденящего холода, словно брошенного в него раздавшимся рядом криком Касла. Лёд от его ног молниеносной дорожкой побежал вперед, обогнул Ванора и вырос перед ним в толстую стену. И все же каким бы прочным ни был этот лёд, пробивался через него обуянный яростью Геяр, поэтому проломив преграду его рука, словно лапа, полоснула Ванора по голове. [Кейм] в форме когтистой перчатки прорезал шлем и распором щеку, проскрежетал по дёснам, но крепко ухватиться за голову Ванора он так и не смог.
Касл рванул вперед, покрытый толстым слоем льда, поверх своего основного доспеха. Он как таран врезался в Геяра, накрывая куполом из льда их обоих. Лишь в последний момент Геяр смог выбраться из западни: он призвал призрачные крылья и взмыл вверх, пробив несколько слоёв льда, что успел нарастить Касл, и оказался свободен.
Кэмиана прошиб холодный пот, когда звериные глаза с вертикальными зрачками сосредоточились на нем — столько неистовой ярости в них было. Геяр взмахнул крыльями, верхняя половина тела наклонилась вниз, и он спикировал прямо на него с широко расставленными руками. Тот двигался с такой скоростью, что Кэмиан просто не успевал уклониться, даже разрыв ядра он бы не успел провести, прежде чем в него врежется Геяр, а это означало только одно — смерть.
Его спас Ванор, в последний момент отбросивший старшего брата в сторону своим взрывным ударом. Кэмиан устремился вперёд, к центру искажения, до небольшой области спокойствия, где уже можно было различить парящую в воздухе сферу. Позади него вспыхнул ещё один яркий поток маны — Ванор. Они остались вдвоём сдерживать Геяра, чтобы он взял сферу. Это не был какой-то акт преданности или установка на приоритет выживания лидера группы. Причина куда более банальная и практичная — он самый слабый из них, а значит эффект его самоубийственной техники будет наименьшим.
Дорогу преградил очередной дух, ярко-алый, источающий такую же гневную ауру, как и хозяин. Кэмиан прикрылся щитом от его броска, проткнул вцепившиеся в щит животное и отбросил в сторону огненного смерча, жадно подхватившего даже бесплотную добычу. Он продирался через плотную кучу аномалий, отбиваясь от атак вражеских духов. Их поток стал куда меньше, чем раньше, ведь теперь он сражался с Каслом и Ванором. Первый почти наверняка проиграл бы в битве одни на один, но вот Ванор… Отголоски монструозных атак у него за спиной — это точно его рук дело. Против сразу двоих даже Геяру будет сложно выстоять, оставался лишь фокус с подменой от чего при каждой атаке Кэмиан сосредоточивал внимание на своём ядре, готовясь уничтожить его, если на него вдруг нападет не дух, а их хозяин. Но то ли это одноразовый трюк, то ли требующий слишком большой концентрации, чтобы Геяр мог позволить его себе, сражаясь с двумя братьями. В любом случае Кэмиан почти добрался до своей цели. Несколько десятков метров отделяли его от главного приза, от почти гарантированной победы.
Оглушительный взрыв у него за спиной перекрыл даже хор стоящих вокруг аномалий, рвущих друг друга на части. Кэмиан обернулся, чтобы увидеть, как обожжённый с ног до головы Зверь, в форме духа-волка, бежит к нему, прорвавшись через братьев. Поток маны от ядра Кэмиана, стал сильнее, готовясь к активации последнего средства, появилась боль в груди, знаменуя готовность к активации этого последнего средства. Внезапно из дыма позади Геяра возник Ванор, с выставленной вперед рукой. Сопло его рукава изрыгало огромный поток пламени, что делал его ещё быстрее, быстрее Геяра. Кэмиан уже видел, как ладонь Ванора смыкается на запястье врага и отвернулся, уверенный в том, что преследователь зависнет в стальной хватке.
Острая боль в груди заставила его издать короткий вскрик, резко прерванный, когда металлические зубы вонзились в его шею и одним рывком вырвали добрую её половину. Ошеломленный происходящим он рухнул на землю, а в следующий миг темнота поглотила его взор и всё стихло.
Геяр достал [Зарма] из черепа Изгоя, [Кейм] в виде металлических челюстей все ещё сжимал кусок окровавленной плоти, вырванной из шеи убитого врага. Ванор стоял в десяти метрах от него все ещё сжимая руку брата, которую тот сам отсёк. Невелика плата с учетом того, что он убил Изгоя до того, как тот разорвал ядро.
Остался Ванор и Касл. Без руки они быстро убьют его. Придется рисковать. Может он уже и разорвал ядро, в окружающем хаосе у него было возможность сделать ещё кое-что. В этом месте десятки существ умирали ежесекундно, не способные противостоять дикой магии. Их духи все еще здесь, бесчисленные полчища, обозленные тем, как они умерли. Геяр нашел самого злобного среди них и позвал.
Дреск кружился на месте без остановки, стараясь отбить столько вражеских атак, сколько сможет. Их пятеро, слишком много чтобы поспевать за всеми. Йорст наложил на него столько проклятий, что даже с бесконечной маной он чувствовал их эффект. Враг же наоборот стал сильнее — техника, которую он использовал была не обычным баффом, скорее, как временная техника укрепления тела.
Он отвел руку назад, чтобы ткнуть им подставившегося Йорста, но локоть неожиданно уперся в препятствие. Это был барьер Сика! Он использовал этот трюк уже несколько раз не давая ему использовать полную амплитуду движений. Вместе с барьером подоспел и он сам, целясь кулаком в район его печени. Дреск сконцентрировал силу своей защитной техники в месте удара, а потом сам двинул Сику коленом в живот. Но даже так тот успел выставить барьер и отлетел в сторону, не получив существенного урона. Сбоку ударил Чагр, опять удар крест-накрест во всю силу. На доспехах Дреска было уже несколько десятков характерных отметин, некоторые — сквозные. Каждый удар сопровождался волной штормового ветра, что забирался во все щели в доспехах. После десятка выпадов больше половина креплений шлема ослабла или оказалась повреждена. Этот удар стал последней каплей. Йорст атаковал незамедлительно, метил в голову, не прямо, не так чтобы ударить, а чтобы сбить с него шлем.
Как только металлическая коробка, защищавшая его голову, слетела, позади него Твен уничтожил ядро. Его атаки дистанционные, многочисленные, а значит не такие сильные как у других братьев, но с уничтоженным ядром, ударив по не защищенному затылку, шансов будет мало. Сик зарычал, призывая свои барьеры вокруг Дреска, чтобы тот не успел повернуться. И он правда не успевал. Твен использовал что-то тяжелое, череп он не проломит, но драться после такого будет совсем сложно.
Раздавшийся совсем рядом удар грома сопровождал мелькнувший мимо него силуэт. Сзади раздался звон удара металла о металл. Сгусток молний отогнал прочь Чагра, а у Дреска возникло столь приятное ощущение прикрытой спины.
Теперь их двое.
Появление ещё одного взрывного потока маны рядом означало, что последний из оставшейся пятёрки — Квод, уничтожил ядро. Вокруг было так много маны и намешано столько эфира, что Локу стало тяжело различать силуэты врагов в этом густом киселе. Обычные чувства пока ещё работали, но и они также с трудом справлялись со своей задачей ввиду творящегося хаоса.
Дреск попёр вперёд на врага, как танк, а Лок увязался за ним, прикрывая того от атак с флангов. Начался самый сложный бой с момента попадания в Дастриус. Их братья, сражаются также отчаянно, как и они. Это не ловушка Судьи чтобы посмеяться над троицей сбежавших от него воспитанников, а поставленная задача, за невыполнение которой поступит наказание. Несколько минут они рубили друг друга, медленно ускоряя процесс разрушения тел всё большим количеством ран.