Флюэнс только коротко кивнула, проигнорировав подмигнувшего Аллана, и уйдя в спальный отсек, забилась в угол узкой спальной койки, подогнув под себя ноги. Так она, бывало, сидела на Ипсилоне, в углу мастерской на импровизированной кровати из старого тряпья, пережидая особенно злые и долгие песчаные бури, мечтая и представляя, как встретит свою семью. Светлые мечты перестали были радостными, теперь она ощущала только неясную тревогу и желание забыть слова Кассиана.
"Фантом" вышел из гиперпространства с приличным запасом расстояния от Альдебраса: они планировали влиться в плотный поток звездолетов, заходящих в орбитальное пространство планеты и запрашивающих разрешение на посадку в различных точках.
Планета-город, которая всегда, даже переживая не лучшие свои дни, была сердцем Галактики, интриг и подковерных игр, технологий, новейших изобретений и дорогих тендеров, и вместе с тем отличалась ужасающей нищетой на нижних ее ярусах даже со столь внушительного расстояния внушала трепет.
Флюэнс настороженно смотрела в иллюминатор "Фантома": она никогда не бывала на таких густонаселенных и обжитых планетах, но что-то ей подсказывало, Альдебрас, если задуматься, — еще большая пустыня, чем Ипсилон.
Абби ворчал и отправлял выведанные Алланом коды доступа, так как супремус Таллин настаивал на необходимости приземления, как можно ближе к зданию Сената.
Флюэнс сначала заинтересовалась было, как он выглядит, вглядываясь в планету, но еще было слишком далеко, чтобы различать отдельные постройки, только теневая сторона Альдебраса загадочно поблескивала мириадами огней, тогда как в противоположном полушарии вставала местная звезда, разгоняя влажные облака с зыбких очертаний верхушек величественных небоскребов.
Она подумала помочь было с посадкой, чтобы занять мысли чем-то нейтральным, но не хотелось попасть под такой понимающий взгляд Таллина, и говорить не хотелось.
Пожалуй, она была бы не против сейчас увидеть Майка или Поля. Может быть стоило полететь с ними на далекую планету Серентис?
Но она здесь, чтобы помочь генералу Соларис. Вне зависимости от того, какие цели раньше преследовал супремус Таллин, сейчас он помогает Коалиции. А вопросы подождут. Ведь она ждала так много лет, что несколько часов ничего не изменят.
Мысли Флюэнс перескочили на Илларию Соларис. Хэнк просил привезти Таллина к Илларии. И Флюэнс чувствовала, что должна выполнить его просьбу. Это было даже не задание, не желание исполнить долг, как было у Поля. А какое-то внутреннее чувство, которое сама девушка не смогла бы объяснить. Может быть её вел Поток? А может быть просто желание выполнить последнюю волю того, кто заботился о ней.
Флюэнс прикрыла глаза пытаясь поймать ощущение света и счастья, которое накрыло её на вершине святилища интуитов. Несколько томительных минут она прислушивалась к мерному шуму двигателей "Фантома", на границе слуха скрипела обшивка и доносились приглушенные голоса из отсека пилотирования.
Флюэнс показалось, что Поток словно нехотя отзывается на её попытки расслабиться и помедитировать. Как будто чистый до этого, однажды став мутным, Поток меньше реагировал на ее присутствие. Но вот она поймала совсем рядом зыбкое светлое ощущение, которое всегда появлялось рядом с Таллином, отстранилась от него — не хотелось пока тревожить себя. Флюэнс знала, что рядом должен быть Аллан и Абби, но не могла понять, как различить их в переплетении нитей. На секунду ей показалось, что вокруг только хаос, который вот-вот утянет ее в свой бесконечный поток, но потом она ощутила странное, совсем не похожее на ровный свет Таллина, мерцание. Как будто маленький, тусклый светлячок уселся на одну из тонких паутинчатых нитей. Это точно был Абби, Флюэнс была уверена, что окликни она его сейчас мысленно по имени, услышит бульканье наяву.
А, что если попробовать потянуться дальше? Флюэнс тихо вздохнула, словно готовясь прыгнуть со скалы на острове Ашт, и позволила Потоку вести себя.
На секунду ей показалось, что среди бесконечных нитей совсем невозможно ориентироваться: тусклые огоньки живых существ вспыхивали и гасли, путали еще больше. Флюэнс казалось, что все пространство — хаотично переплетенные нити этой тонкой паутинки, за которые дергают неясные светлячки. А еще ей казалось, что супремус Таллин и она сама светятся гораздо ярче. Не потому ли, что они обладают даром интуитов?
Где-то мелькнул и погас огонек. Флюэнс не успела понять где. Как будто кто-то закрыл рукой пламя свечи. Иллария?
— Генерал Соларис? — тихо позвала Флюэнс, но ее губы не шевелились. — Генерал…
Огонёк внезапно оказался совсем рядом, ощущаясь одновременно очень далеко и очень близко. А еще Флюэнс на секунду показалось, что она в каком-то очень большом зале круглой формы, и ее обступают плотным, душным кольцом тусклые серые сгустки, испускающие холодное мерцание.
— Генерал Соларис? — еще раз позвала Флюэнс, чтобы убедиться, что единственный источник тепла и света действительно Иллария, когда неожиданно её обдало волной холода, такого жгучего, что она вскрикнула и очнулась.
— Флюэнс! — кто-то несильно встряхнул ее за плечи, и распахнув глаза она поняла, что это Таллин.
Он выглядел встревоженным и сердитым одновременно:
— Флюэнс, что ты сейчас делала?
— Я… я не знаю, — тихо сказала она, осознавая, что сидит на полу и не помнит, как там оказалась, — я медитировала, чтобы отвлечься… а потом… там было столько нитей, мне захотелось посмотреть куда они ведут.
— И все?
Ей показалось, или Таллин облегченно вздохнул?
— Еще были огоньки, — решила продолжить Флюэнс. — Я поняла, что это живые существа, да? Вы также видите?
— Да, ты права, — все еще настороженно кивнул Таллин, не убирая рук с ее плеч. — Мне следовало рассказать тебе раньше.
— Вы рассказывали, — напомнила Флюэнс, — просто… абстрактно.
— Ты точно больше ничего не видела? — супремус Таллин вглядывался в ее глаза.
— Я увидела свет, — осторожно сказала Флюэнс, — и потянулась к нему. Мне показалось, это была генерал Соларис. Не знаю, как объяснить, но я знала, что это она.
Супремус Таллин молчал и, кажется, ждал продолжения или может быть, чтобы она сказала, что больше рассказывать нечего.
— Я окликнула ее…
— Окликнула? — переспросил Тайлер тревожно, его пальцы на ее предплечьях дрогнули, посылая холодные мурашки по всему телу. — Она ответила?
Флюэнс помотала головой:
— Нет, мне внезапно стало очень холодно, я испугалась и… потеряла связь? Очнулась?
Она не смогла подобрать нужного слова, но кажется, не это рассердило Таллина. А он рассердился. Кажется впервые за то время, что она его знала.
— Зачем ты решила ее найти? Какой смысл теперь подлетать к Альдебрасу тайно? — он не кричал, но говорил не тем спокойным тоном, к которому она привыкла. — Если ты взбаламутила весь Поток и заявила, где мы? Я же говорил тебе держать эмоции при себе! А ты то радостно сияешь на Виридис, то решила, не скрываясь, пообщаться через Поток!
Флюэнс на секунду опешила.
— Я пыталась наоборот отвлечься и успокоиться! Я понятия не имею с кем я там общалась! — махнула рукой девушка, изобразив Поток вокруг, она, кажется, почти кричала, но не могла сдержаться. — Вы мне этого не рассказывали! Что с того, что я была в Потока? Я его постоянно чувствую!
— Не только ты можешь быть в Потоке, — все так же громко, но уже чуть более спокойно ответил Таллин, — и не только я. Кассиан тоже может. И, вероятно, Варгас через Кассиана, если он ему позволит. Холод, который ты ощутила — это искуственный интеллект, Флюэнс.
— Надо было сказать мне раньше! — она сбросила его руки и отошла на шаг: ей было так обидно, что супремус Таллин во всем винит её. — Вы постоянно говорите мне про Поток, но никогда про конкретные вещи! Я постоянно что-то пытаюсь узнать сама, а в итоге оказывается, что не должна была этого делать!
— Успокойся, Флюэнс… пожалуйста, — супремус Таллин в примирительном жесте поднял руки. — Это все Поток. Он усиливает твои эмоции. Обещаю, что все объясню, но сейчас нам надо как можно быстрее сесть на Альдебрасе и попасть в здание Совета. Боюсь, что Эд уже знает, что мы здесь.