А чего ж не слушать, как не усвоить, если оно ему-то и «в жилу»: он сам — старший сын старшего сына Владимира Мономаха — Мстислава Великого. По европейским нормам — он глава дома Рюриковичей и государь всея Руси.
Но на Руси — не евростандарт, а пресловутая национальная особенность. В этот раз в форме «лествицы». По которой Изя рискует не дожить до того времени, когда придёт его очередь на киевский стол лезть. И там свой «стишок» сказывать.
Рискует не дожить просто по возрасту.
Мономах сам прожил 74 года. И сыновья его тоже… не спешат помирать. А если мальчик Изя на стол не влезет и песенку свою там не споёт, то его дети из этой общерусской системы наследования-владения вообще выпадают. Становятся изгоями. Что совсем — «мордой об забор».
У него мальчонки подрастают. А изгой — или живёт из милости настоящего князя, куда пустят. Или…
Городок такой есть на Дунае — Берлады называется. Туда со всей Восточной Европы стекается всякая дрянь да рвань. И есть князь Иван. Изгой. Как он где-нибудь денежку выпросит — набирает в Берладах войско. И идёт воевать Галич. Его бьют. Он бежит назад, в эти Берлады. Вот и зовут его Иван Берладник.
Такой судьбы детям своим не пожелаешь.
Но Изя не только о детях, он и о себе самом заботился. Человек был горячий, энергичный, начитанный.
Это же он переделал из Корана: «Если место не идёт к голове, то голова идет к месту».
Голова, понятно, его — Изина. А место, само собой разумеется, великокняжеский терем. Который в граде Владимировом, который в граде Ярославом, который в славном городе Киеве… «Там — и смерть кощеева».
Изю — из первых начали называть царём. И ему это нравилось. Но… политически неправильно. Поскольку на Руси — «братство» с «олигархией». Ну, или — «дерьмократия» с «олигофренией».
В смысле: власть — у Рюриковичей, все Рюриковичи — братья. Но некоторые — старшие. Так что, «Великий Князь» просто «первый среди равных». Отнюдь не самодержец и богопомазанник.
Как и положено в политической борьбе, все собственные недостатки он приписывал своему противнику — Гоше, Долгорукому. Там был эпизод…
Это уже Фатима ожила и разговорилась.
Гошу загнали в какую-то крепость. Недалеко от Киева. Осадили плотненько. Изя сидит в Киеве и пишет ему в письме:
«Ты хотел на Руси царём стать, воли и права наши порушить…»
А Гоша в ответе просто издевается:
«Ты, племянничек, совсем умом слаб стал. Неужто я, князь из рода Рюриковичей, старший из мономашичей да на такое унижение пойду, чтобы каким-то царём, прости Господи, зваться».
Картину «Запорожцы пишут письмо турецкому султану» видели? Текст представляете? А теперь представьте текст ответа. В той же стилистике, но без повторяющихся грубостей и с некоторой изысканностью. А теперь представьте себе переписку двух таких султанов-запорогов. Эпистолярный жанр в исполнении Гоши и Изи.
Причём всё это — стилистика открытого письма. Поскольку народ всякими ай-падами и ай-фонами не развращён и память имеет цепкую. Как хороший конферансье:
Вечером письмо в княжьем совете прочитали — утром на торгу продавцы с покупателями цитатами перебрасываются. С обсуждением и оценкой каждого слова и запятых.
Так что, к княжьему корзну не только «фаллос брызгающий» требуется, но и «в совете речь разумную держать».
Получить корзно легко: родись в княжьей семье. А вот соответствовать… Соответствовали оба.
Верно говорят: «одна голова хорошо, а две — по разному».
На Руси, на одной поляне, в одно время сошлись две ну очень мощных головы. А шапка-то одна. И всем стало плохо.
Попутно Изя много чего наворотил. Ухитрился устроить раскол в русской православной церкви. Позвал одного… учёного инока, Климента Смолятича, и велел епископам избрать его митрополитом. Без всякого Константинополя.
— Ты этот Константинополь видел?
— Нет.
— И я нет. Так на хрена нам этот Царьград? С ихними патриархами и императорами.
Это на тему того, что у Гоши — вторая жена как раз сестра того самого византийского императора.
Изе, естественно, анафему. Пожизненно. Гоша пытался поднять люд православный за святую веру. Люд — не…
Короче — не поднимается.
Митрополит всея Руси, патриархом поставленный, сидит в Константинополе. А оттуда сильно не напроповедуешся. В Киеве — Изя, и он митрополита не пускает. Половина епископов — за, половина — против. Выиграли только новогородцы.