-Спина-взгляд.
Карси развернулась. Припала на колено и ствол автомата устремился во тьму. Подствольный фонарик выхватил из темноты приземистого мужчину. Тот не шевелится, а незнакомый голос в голове шепчет:
–Мы-круг. Чужаки-атака-и-чужаки-хоровод-Сойрис.
–Да чтоб вас! – выругалась Карси. Подумала, – Шевельнёшься, пристрелю.
–Мы-нет-смерть, – расхохотался голос в голове, – Ты-нет-смерть, Ата. Чужаки-смерть. – Тем временем готрик шагнул навстречу. Повёл рукой, приглашая пройти мимо:
–Ата-жизнь. Путь, Ата. – И Карси обожгла догадка: Ата – значит сестра. Они все в племени братья и сёстры, а готрик подкупает нежным, – Миарих-смерть и мы-путь. Путь-Ата, – снова повел рукой в темноту.
–Я не вы! – Карси пустила короткую очередь, и готрик с воплем скрылся во тьму.
Голос Самир-Кама возник в голове так тихо, вкрадчиво и так естественно, будто Карси слышала его всегда:
–А-а-а… Вот так сюрприз, ата. Ты всё-таки выжила. Я бесконечно этому рад.
–Да пошёл ты, – мысленно огрызнулась Карси.
–Ты одна из нас, ата. Одна из нас… И за это консул тебя убьет…
Карси вспомнила о Рее и Самир-Кам прочитал мысли. Спохватился:
–А-ах, вот оно что. Вся эта стая водит нас за носы. И как же попасть к настоящему Консулу?.. А-а-а…
В памяти бесцеремонно пошарили и Карси взвыла:
–Вон из моей головы! – Седьмой недоумённо обернулся, смерил перекошенное лицо Эли сосредоточенным взглядом и снова припал к винтовке. Голос Самир-Кама продолжил:
–Смотри, ата. Смотри… – и виденья нахлынули огромными кораблями в переливающемся зеленью небе. За секунды перед глазами выросли города. Расчищая пространство, чужаки в одеждах выгнали сестёр и братьев с обжитых мест. Выкорчевали лес. Сталью вспороли землю и машинами вгрызлись в священные скалы. – Мы хотели жить с чужаками в мире, ата. Но они не способны. – Небо над городом чужавов полыхнуло! Принесло гром! Боль и утрату для племени. Леса вокруг вмиг лишились добычи, а города чужаков плавятся. Даже остатки проклятых кошек-миарих сжалились над пришельцами, когда воющие железные повозки с чужаками внутри взмывали в небо. – Мы видели битву, ата. Я видел. Я видел как одна за другой луны, на которых они прилетели к нам, падали. Они бились достойно, ата. Но эта битва озлобила их в конец. Нас выгнали с наших скал. Нас выгнали с лесов наших предков. Твоих предков, ата!.. А теперь уходи. Оставь проклятого миарих! Или я не смогу помочь.
–Нет… Нет…Не верю!
–Не веришь, ата? Вот тебе ещё правда: мы узнали про новорожденного клона консула, и я принёс тебя в дом Краста своими руками завёрнутую с платок.
–Не верю. Нет. – Карси обречённо замотала головой. – И почему тогда не нашли…
–Тело Карсарии? – Самир-Кам в голове вздохнул, – Разве мы люди?.. Мы не убийцы, ата. Я забрал малютку и Карсария живет среди нас.
–А я?
–Ты сама выберешь себе имя, а теперь иди. Оставь этого предателя миарих.
–Ты врёшь! – с яростью подумала Карси. – Вы пытались подменить Асторию!
–Нет, ата. Мы всего лишь отвели подозрение от тебя. Новорожденное дитё Рахаса звала Сойрис. Мы принесли и разорвали её.
–Это же бессмыслица!!!
–Разве? Разве ты не пожертвовала бы своей жизнью за землю предков, ата? Разве жизнь сестры для тебя пустой звук? Разве одна из нас рядом с консулом не путь к нашей победе?
–Иди к Сойрис! – Карси в ярости спустила курок в темноту галереи. Отрывистое эхо выстрелов заметалось, заставило пещеру возмущённо ворчать, но и только. На пути пуль никого. И голос Самир-Кама толи из темноты, толи в самой голове предупреждает:
–Мы встретимся, Карси. Мы ещё встретимся.
Карси обернулась на Седьмого, и глухо ухающее сердце споткнулось о пустоту – за плечом никого. Торопливо развернулась и нашла призрака около бокового выхода севшим, уперев локоть в колено, и напряжённо выцеливающим темноту. Нервно выдохнула, а Седьмой плавно потащил спусковой крючок. Пещера передразнила заметавшимся эхо, воплем боли. И Седьмой встал. Недовольно качнул головой:
–Не-смерть.
–Ранил?
–Рана-нет-страх, – отмахнулся призрак. – Путь. Путь! – Призывно махнул и трусцой припустил в боковую галерею. Что остаётся? Карси вздохнула поглубже и бросилась следом. Вызвала второй бот, а пещера топотом будто смеётся, заставляет переживать: вот же засада! Советник, точно, лазутчик! Но как это доказать? Бот мыслей не пишет. Пара воплей в темноту… не придёшь же с этим к Рее, а признаться, что слышишь мысли… От одной догадки, что Самир-Кам мог сказать правду, Карси бросило в пот. Что если Самир-Кам прав? Что если?.. Карси тихо зарычала на бегу… Даже если прав, Асторию она не отдаст. Ни этому старику Зуэну, ни советнику. И сама не дастся! У неё есть приказ: остановить! И с этими мыслями, задыхаясь от бешенной скорости, давясь нещадно лупящим пульсом и жаром в груди, Карси нагнала Седьмого.