–Беги, Карси, – шепнула маска голосом консула.
Карси недоверчиво обернулась:
–А? Что? Кто это?
–Ты знаешь кто, недокормыш. Беги!
Над головой рявкнуло! И чёрные шары чистильщиков осыпались на газон.
Рея и Эли замерли – лужайку взяли в кольцо поржавевшие чистильщики Зуэна.
Голос Павии вплёлся в скрипящее люком безмолвие:
–Недокормыш, в тебя опять яблоком кинуть? Говорю же – беги-и.
А Карси боится пошевелиться. Эли оглядываются, пытаются понять чего ждать от кружащих хоровод чужих дронов. Рея жжёт усталой яростью взгляда, а на краю площадки опускается второй челнок.
Трап над головой скрипнул. Рея метнула взгляд на режущий звук и Карси настороженно обернулась: Зуэн. Старик держит за руку Лиару и девочка совершенно его не боится.
Каркнул:
–Иди, – и Лиара порхнула белым подолом. Унеслась на газон.
Старик неторопливо спустился. Прямой – вместо позвоночника лом. Близко посаженные глаза сверлят замерших Эли, и ноль внимания на выскакивающих из соседнего челнока призраков. Седьмой кинулся к Рее, Четвёртая, пошатываясь, поковыляла к Карси, Третий помог. Поддержал.
Рея зашипела:
–Кажется, у нас был уговор, хранитель? – Карси пригляделась к ней повнимательнее, а Зуэн отмахнулся как от назойливой мухи:
–Ты его не исполнила.
Карси заволновалась: чего-то он ждёт?
–Это вторжение!
–Кто бы говорил, консул,– буркнул под нос старик. И Карси в ужасе вцепилась взглядом в дико уставшую Рею. Над строгим брючным костюмом лицо брюнетки исказилось. Седьмой встал к ней ближе. Незаметно поддержал за локоть.
–Деточка, – буркнул Зуен, – последний раз ты спрашивала: за что это всё?
Карси в изумлении обернулась на старика. Тот сон с разговором из памяти почти стёрся, как будто и не было, но...
–Сейчас у тебя два выхода: на Сой-Рис и к Сойрис. Так как?
Четвёртая встала рядом:
–Светлость, мне этот спектакль в новинку.
Рея полыхнула яростным взглядом, а снизу за куртку подёргали:
–Ты Карси, да? – Лиара и Астория вопросительно уставились синими парами глаз.
Лицо другое – Смерть-двойник.
Сой-Рис встретила огромными тёмными глазницами старых пробоин – словно пожелтевший череп во тьме. Крошечная тень жука Зуэна безмолвно ползёт по выпирающему носу стыковочного причала. Бликуют солнцем стальные бока. А Карси таращится на гигантский корабль. И голос памяти всё крутит и крутит те полминуты:
–Ты Карси, да? – гудит память, словно в трубе. Близняшки сверлят молящими взорами. Торопят, – Идём. Идем скорей.
–Асти, я не та, кем ты меня помнишь, – пальцы Карси по привычке, как когда-то, взъерошили светлые волосы малютки-сестры, взлохматили гриву вытаращившейся в изумлении копии рядом. А может не копии? Может наоборот? Кто же их разберёт? Близняшка слева удивлённо морщится. Косится на свою копию и та шепчет – перекрывает порывы слабенького ветерка заговорщицким:
–Разве не ты мне мышек таскала? А защищала? Ка-арси?
Ресницы намокли, от распирающих чувств стало трудно дышать, и палец скользнул по векам. Карси кивнула.
–Значит тебя, – ставит точку Астория. Хватает за руку. Дергает, – Идё-ём. Идем скорей. Дед Зуэн сказал: торопимся.
Строгое Зуэна из-за спины: Деточка, нам пора.
Лиара и Астория переглядываются. Маленькие руки мёртвой хваткой цепляются в ладони Карси и тащат по трапу. Бледное лицо Четвёртой озадачено плывёт мимо. Кривится от боли:
–Шуруй, Светлость, шуруй. Троечка-а-а!
У лица мелькнул автомат и время растянулось воплем из маски: недокормыш, огрызок!
Карси прижала близняшек и инстинктивно пригнулась. Над головой свистнул стилет. Рявкнул автомат Третьего. Они с Четвёртой прикрыли отход. Взбежали по трапу. И жук взвыл атмосферными двигателями. Воспоминания побежали по кругу.