–Не сутулься, дохлый бот. Ты ж моя копия. Идём.
Лифт унёс вверх и выпустил в ярко освещённом коридоре. У дверей встретил невысокий парень за двадцать в переливающейся синей рубашке и чёрных брюках. Если Карси что и зацепило, так это холёность блондина, привалившегося к стене. Завидев девушек, он отлип от обоев, сунул большие пальцы за ремень и криво улыбнулся:
–Груз доставлен, сиятельная госпожа, – взгляд серых глаз мазнул по Карси, словно по свежему предмету интерьера. – Распоряжения?
–Иди ты, – буркнула Эли и парень осклабился. Напомнил:
–Груз в кабинете, – развернулся и бодрым шагом двинулся по коридору.
–Так всё-таки это ты конс… – начала Карси, топая за цедящей сквозь зубы Эли:
–Это не я-а-а. Ти-ихо.
Мими проплыла приоткрытая дверь. Карси заметила в комнате ту самую девушку в золотисто-каштановом платье с хрустальным бокалом в руках, улыбающуюся, а в вырез платья с высоты роста пялится… Карси на полном ходу дёрнулась назад, но Эли вовремя сцапала за рукав:
–Идём-идём.
Карси потянула как упорный маленький дрончик:
–Та-а-ам же Раш!
–Тебе-то что? Пошли. Сестра ждёт.
Из комнаты донеслось неторопливое:
–Эли? Это ты, дорогая?
–Дохлый бот, – шикнула Эли, – вот кто тебя за язык тянул. – Обошла Карси, заглянула в комнату и почтительно приложила кулак к сердцу:
–Здравствуйте, сиятельная Кассия.
–Эли, детка, кто с тобой?
Эли вошла внутрь и посторонилась. Из-за её плеча высунулась Карси.
Эленика Тизария Кассия, не торопясь, лаская вниманием приодетого в пижонский оливковый костюм Раша, грациозно передала бокал. Улыбаясь перекошенному злобой лицу гостьи, подошла ближе и, словно хищник, не сводя взгляда пропела:
–Здравствуй, дитя.
Карси только и могла, что глотать воздух от злости. Раш в дорогущем костюме пьет в обществе консула? Из её бокала? И улыбается?
–Дитя? – консул одарила улыбкой и, неторопливо растягивая слова, обратилась к своей копии, – Эли, дорогая, тебе придётся потрудиться, чтобы наша новая гостья превратилась в меня.
Карси сглотнула, а Раш подошёл ближе. Приобнял консула и нежно чмокнул в щечку. Ухмыльнулся. Протянул бокал Карси:
–Да, Эли, постарайся. Эта сучка упорная.
Рык ненависти объял залу. Карси рванула вперёд. Впиться когтями! Выцарапать наглые серые глаза Раша!
Мгновение и живот свело дикой болью. Эли сшибла с ног. Заломила руки и зашептала на ухо:
–Совсем с ума сошла. Уймись.
–Отпусти её, Эли, – неторопливо пропело сверху и Карси, кашляя и восстанавливая дыхание, попыталась подняться. Эли ухватила сзади за локти.
Консул внимательно посмотрела в пылающие злостью глаза. Напомнила:
–Ты заключила контракт: преданность в обмен на жизнь сестры, помнишь? Нарушишь слово ещё раз и…
Раш осклабился, пригубил алую жидкость. Протянул:
–Сестрёнка у неё симпатичная, да?
Карси зарычала. Замерла, сжимая кулаки. Неужели в трущобах Раш развлекается?
–Умная девочка. – Консул отвернулась и неторопливо пошла к окну. Бросила через плечо, – Эли, научи её.
Эли кивнула, выволокла Карси за дверь, прижала к стене и зашипела:
–Ты совсем сбрендила. Дохлый бот, себя не жалеешь, а о других подумала? Чего глазами сверкаешь?! Думаешь, я счастлива? А о сестре подумала?.. Дохлый жеж бот! – Эли убрала локоть от шеи Карси и бросила, – пошли… Пошли-и! – провела дальше по коридору и остановила у двери в конце. Шепнула:
–Прости. Она наверняка слышала.
–Кто? – Карси тоже перешла на шёпот.
–Консул, конечно. И вообще привыкни, теперь тебя будут всегда слушать и слышать.
Карси понимающе кивнула:
–Стерва?
–Ш-ш-ш. – Эли торопливо прикрыла ей рот, покрутила головой в поисках ушей. Шикнула, – совсем ку-ку. Сказала же, всех слушают. Поняла?
Карси кивнула, и Эли убрала руку. Шепнула:
–Я тебя не сильно помяла?
Живот ноет дуэтом со стонущим боком, но Карси мотнула чёлкой:
–Бывало похуже.
–Ладно, – шепнула Эли, – всё потом, а сейчас слушай сюда. Всё очень серьёзно. Всё, что я обещала – обещала сама консул, поняла?
Карси недоуменно вскинула брови.
–Дохлый бот. Сестра, её жизнь, образование. Всё. Вообще всё. Помнишь?
–Да.
–У тебя теперь два пути. Первый, – Эли вскинула палец в перчатке, – ты убеждаешь сестру, что всё хорошо и о ней позаботятся. Сама, ей скажи, ты остаться не можешь. Тебя, мол, обратно на второй уровень ссылают. Но она может тебе писать. Видеосвязи, сама понимаешь, на втором уровне у нищенки быть не может. Поэтому, пусть пишет письма. Пи-и-исьма, поняла? – Эли тяжело вздохнула, – она отправится в школу-пансион. Ты – работать на консула. Точка. И, дохлый бот, смотри, сестре не сболтни.