Никак не думала, что наше с Лёхой сближение вызовет в школе столько разговоров, особенно в одиннадцатых и десятых классах. Мне кажется, оно привлекло внимания больше даже, чем главные события в стране начала месяца. Ни приезд короля Саудовской Аравии в Россию, ни церемония ТЭФИ, ни другие новости, сообщаемые журналистами с телеэкрана, не возбудили подобной силы интерес. Все удивлялись и шептались, а кто-то напрямую высказывался без стеснения.
Коробейница, встретив меня в коридоре, с усмешкой заявила:
- У вас же произойдёт война миров! Почище будет, чем в фильме Спилберга! Схлестнётесь в кровопролитной битве. Я бы хотела присутствовать, когда вы станете разить друг друга своими обоюдоострыми язычками.
- Мы разочаруем тебя! - пообещала ей и улыбнулась так мило и пленительно, что она не нашлась с ответом и отвязалась от меня.
Гончаров, как обычно, принялся ёрчничать по поводу меня и представляться остряком в своём туповатом стиле.
- Ну и фортель ты, Лапушкина, выкинула! Прямо обхохочешься! - воскликнул, гогоча, на одной из перемен. - Всё Крыса да Крыса! А сама шуры-муры украдкой! Ни за что не догадаешься!
- Так бывает! - заступилась за меня справедливая наша староста. - Из ненависти разгорается любовь. Или просто ненависти не было совсем, а было взаимное притяжение. Вот они и подначивали друг друга, чтобы скрыть своё влечение. А теперь время пришло раскрыть все тайны, ведь так, Женя?
Я только хотела согласиться с Сашей, ведь в её словах - самое разумное объяснение наших с Лёхой отношений, но не успела, так как Гончаров притворно-негодующе завопил:
- А чё меня, Лапушка, ты не выбрала? Мы тоже с тобой подначиваем друг друга! Чё всё время Крылосов да Крылосов? Других нет что ли? Я тоже сложен как... Ну, этот...
- Маугли! - подсказала я с лёгкой насмешкой.
- Не-а! Круче! - не заметил моей издёвки Денис.
- Тогда Тарзан!
- Точно! - довольно произнёс парень. - Посмотри, какие у меня мускулы! - И стал задирать рукава своего тонкого свитера в полоску. - И торс крепкий! - Стукнул себя по груди. - Это ещё не конец моей мышечной массы, а начало. Я на тренажёрах накачаюсь, добавлю мышц, какой мой возраст!
Мне так и хотелось сказать: "Ума бы добавить и знаний в голову тебе!" Однако с трудом, но умудрилась промолчать, поскольку только утром пообещала себе быть терпимой ко всем, язычок свой сдерживать, не вспыхивать и никого не обижать.
- Ты такой сильный, Денис! - воскликнула вдруг Леся, сидевшая позади Даши. - Интересно, а ты меня сможешь поднять?
Сняла итальянские "кошачьи" очки и уставилась на него во все свои прекрасные голубые глаза. Гончаров, видно, был пронзён ими мгновенно, так как тут же внимание переключил с меня на Лесю.
- Запросто! - вскричал с восторгом и без всяких усилий поднял девушку.
Она же многозначительно и показушно-нежно обвила своими тонкими руками его шею и положила белокурую головку ему на грудь. Гончаров довольно хрюкнул, прижал Лесю к себе покрепче и прошёлся с ней по проходу между рядами несколько раз - до парты, где Клёпа сидел с Заринкой, и обратно.
- Ты как пушинка! - ликуя, произнёс, совершенно не запыхавшись.
Возможно, оба хотели возбудить ревность Егора.
Между тем тому, похоже, было всё равно. Он не сводил глаз с Калашниковой, на Лесю и не взглянул. Без сомнения, заворожен Заринкой.
Тут в класс вошла Людмила Павловна, и началась математика.
На другой перемене Гончаров внезапно предложил сидевшей за мной девушке поменяться местами, Маша безропотно согласилась. Денис переселился к Лесе и в других кабинетах. Как будто приклеился к ней. Из школы они пошли вместе.
Со мной Заринка держалась вызывающе, хотя и не грубила открыто, лишь бросала едкие реплики в мой адрес. В её карих глазищах читалась враждебность. А выражение лица было злобное, можно сказать, ястребиное. Один раз мы с ней столкнулись в коридоре лицом к лицу. Она обожгла меня презрением и процедила сквозь зубы скептически:
- Не обольщайся! Я только щёлкну пальцами - он прибежит ко мне на задних лапках.
Я сделала вид, что якобы не поняла, кто прискачет к ней на полусогнутых по её щелчку.
- Донцов? - притворно предположила.
- Нужен мне этот избалованный мажор! Сама знаешь, кого имею в виду, не придуривайся!
Про этот дурацкий хвастливый выпад, звучавший как предупреждение, я ничего не рассказала Лёхе. Почему-то показалось малодушным испугаться угроз обиженной девчонки. Парень не поддался ей, вот она и злится.
К тому же отношения у нас с Крылосовым просто расцветали. Я купалась в его любви и обожании. Он смотрел на меня ласково и с восхищением, словно не было никого лучше и краше. Даже стал приходить в класс за мной после уроков, а не ждать внизу. Называл меня лапушкой, лапочкой, медовой прелестью, строптивым тигрёнком, в общем, придумывал разные ласковые прозвища.