- Раненая девушка сама сказала, что это сделала ты! - заорал, сверля меня злобными глазами. - Кто-то вызвал "скорую" по телефону... Мы тоже приехали. Нашли её с раной в груди. Она лежала, истекая кровью, молодая и красивая! Когда я спросил, кто её так исполосовал, назвала твоё имя. Сказала: "Это она всё сделала! Она виновата!" Нам было нетрудно выяснить, кто такая Женя Лапушкина. Бабушка девушки, вернувшаяся из магазина, поведала о незадачливом романе внучки... Из-за кого из вас двоих эта дрянь свою соперницу порешила? - обратился уже к парням
- Стойте! - перебил его сильно побледневший Крылосов. - Вы говорите о Зарине Калашниковой? Это верно? - голос его дрогнул.
- Так, из-за тебя, выходит, состоялась резня? Как твоя фамилия?
Лёха назвал себя. Неожиданно лицо работника полиции смягчилось.
- Ты, случайно, не сын Александра Алексеевича? Я у него тхэквондо обучался... Очень уважаю его!.. Мне он помог в трудной ситуации... Буду по гроб жизни обязан ему!
Крылосов кивнул и повторил свой вопрос с явным напряжением:
- Это вы о Зарине Калашниковой говорили, что она ранена и находится в тяжёлом состоянии?
- Да, - проговорил полицейский, в его голосе послышались нотки сочувствия. - Не сама же она себя пыталась убить! Хотя и такое бывает...
Лёха посмотрел на меня, и вдруг лицо его сделалось хмурым-прехмурым.
- Это всё из-за тебя! - набросился он на меня с гневом, будто стал не в себе или превратился в другого человека. - Ты кокетничала с Донцовым! А она, как оказалось, страдала!.. Я же, дурак, не понимал! Не хотел замечать! А мог бы поддержать... И вот до чего дошло! Заринка сама себя захотела убить: её сердце не выдержало от ревности! А я думал, придуривается... Это из-за твоего нежелания отпустить бывшего она пыталась покончить с собой! - В голосе парня послышались ненависть и презрение.
Потом резко повернулся к полицейскому и спросил, где сейчас Заринка, услышав, что её увезли в хирургическое отделение, попросил подвезти его туда на служебной машине. Получив добро, направился с другим полицейским к выходу. Больше даже не взглянул на меня.
С трудом выйдя из шока, я крикнула ему вслед:
- Алёша, я тут ни при чём! Я не убивала!.. Я не ударяла её ножом! Это не я!
Он на миг приостановился и, обернувшись, жёстко проговорил:
- Знаю! Не убивала! Но ты вынудила её ревновать!..
И ушёл, оставив меня, растерянную и оскорблённую, с Никитой в полиции разбираться дальше.
Глава XXVII
Никиту тоже отпустили, вернее вытурили взашей после краткого допроса, где утром был, с кем общался. Меня же, сказали, не отпустят, пока всё не прояснится. Брату пришлось уйти, поскольку мы оба свои смартфоны оставили в Доме культуры, а без них папу Диму и маму невозможно было оповестить. Мне разрешили по обычному телефону сделать всего один звонок. Я позвонила домой, но никто не взял трубку. Наверное, мама в последний момент передумала отдыхать дома и пошла на площадь с няшками.
- Я скоро вернусь с отцом! - пообещал мне Никита перед уходом. - Енечка, держись и верь, что мы скоро заберём тебя отсюда. Просто какой-то бред! И это происходит в моём родном городе!
Оставшись наедине со следователем, я, можно сказать, прямиком попала в ад. Солнечный день, начавшийся так радостно, вылился в великий кошмар. Я была расстроена несправедливыми упрёками Крылосова, сердце моё плакало и изнывало, а на меня, униженную и брошенную, сыпались обвиняющие во всех немыслимых грехах вопросы и неверные ужасающие выводы.
- Ты её зарезала? Сознайся! - нажимал на меня полицейский. - Я вижу по твоему виду - это ты! Даже твой парень признал твою вину!
- Нет, не я! - крикнула в отчаянии. - Брат же сказал вам, что я находилась с утра вместе с ним и Крылосовым.
Сидевший за столом напротив меня следователь издевательски захохотал:
- Сказала тоже - брат! Я что тебе лошара, наивный и простодушный, чтобы обманывать меня! Вы с ним как день и ночь, ты русская, он - явный кавказец. И у вас фамилии разные. Что ты мне голову морочишь?!
- Никита - мой сводный брат, его отец - мой отчим, - постаралась как можно спокойнее объяснить. - Да, в нём есть кавказская кровь, но очень маленький процент, он русский, как и я.
Следователь что-то понабирал на стоящем перед ним компьютере секунд тридцать, потом снова злобно уставился на меня.
- А где ты выбросила нож? - последовал от него новый вопрос. - Мы всё равно обыщем всё вокруг дома и найдём. В какое время ты отлучилась с площади в квартиру Калашниковых? Отвечай, тварь поганая!