Врач подмигивает мне, ласково по-отечески улыбаясь, и по моему телу разливается тепло. Удивительно, но пожилой доктор оказался очень сердечным человеком. И он, по всей видимости, очень нежно относится к этой пожилой женщине.
Хмыкаю.
Ну, надо же, мне во всём хочется видеть романтическую составляющую. Видно, я ещё не выросла из детских сказок.
— Ну ладно, мне пора, меня ждут больные. Думаю, полиция захочет с вами поговорить и всё выяснить, вы же оставили свои данные на посту? Мы передадим их полицейским. Прошу меня простить.
Я сглатываю комок, стоящий в горле, совершенно по — идиотски улыбаясь, и молчаливо киваю, заливаясь румянцем. Ну вот, сейчас, наверняка, меня ждёт допрос с пристрастием от маман Кожевникова. И сбежать, явно не получится.
Мужчина хлопает меня по плечу, и удаляется по коридору, слегка шаркая ногами.
Чёрт, о полиции я совершенно не подумала!
Ну, конечно же, мне ещё предстоит побеседовать с ними, так же не упоминая о своём месте работы, чтобы не разойтись показаниями.
Может, у меня ещё получится выкрутиться?
Я ведь могу сказать, что Анатолий Иванович ошибся, неправильно меня понял или не расслышал в силу своего почтенного возраста. И что я не невеста, а всего лишь старая знакомая, которая сидела с Антоном в ресторане в тот вечер…
Точно, так и скажу!
Я изо всех сил пытаюсь стянуть с пальца злополучное золотое кольцо с огромным бриллиантом, которое может меня выдать со всеми потрохами, но оно словно приросло к моей коже.
Никак не удаётся!
Зря я послушала Галину и примерила эту красоту на свой безымянный палец правой руки. Теперь вот попала из-за этого в затруднительную, идиотскую ситуацию.
Но, мать бизнесмена, скользнув по мне беглым оценивающим взглядом, уже хватает меня за руку, устремляя свой цепкий властный взгляд в обручальное кольцо.
Закашливаюсь, отчаянно соображая, что же сказать. Ну, я могу придумать, что это кольцо подарил мне мой жених, и это вовсе не Антон Михайлович. Может же у меня быть жених? Да запросто! Просто совпадение!
Если только…
Это действительно не старинное кольцо, передающееся из поколения в поколение по династии. Тогда отвертеться, к сожалению, не удастся, пожалуй.
Собираюсь с духом, чтобы рассмеяться, и, махнув вслед врачу рукой сообщить, что он ошибся. Но тут происходит то, чего я боялась с самого начала.
— Моё кольцо! То самое, которое я отдала Антону пару недель назад во время его приезда в Мюнхен, чтобы он сделал предложение своей невесте. Так значит…
Она вновь переводит взгляд своих цепких хищных глаз на моё лицо, и приподнимает одну аккуратно подведённую бровь — точь-в-точь, как делал красавчик в разговоре со мной.
— Девочка моя! Ты — моя будущая невестка!
Чёрт…
Я оказываюсь в объятиях женщины, зажмуриваясь от ужаса. Удушливый сладкий запах французского парфюма заползает в мои ноздри, и я начинаю отчаянно чихать, как больная какой-то страшной инфекцией. Женщина мгновенно отстраняется, и брезгливо морщится, достав из кармана своей шубки белоснежный кружевной платочек.
— Простыла, детка?
— Нет-нет, у меня аллергия на многие запахи, простите.
— Ох, ничего страшного, дорогая. В Мюнхене есть чудесная клиника аллергологии. Подлечишься в ней, и всё будет чудесно.
— Ага.
Зажимаю нос пальцами, говоря при этом как больной слоник.
Боже, надеюсь, после этого инцидента она больше не полезет ко мне с объятиями. По крайней мере, есть плюсы от моей аллергии. Ненавижу обниматься с незнакомыми людьми. Тем более я помню, с чего началось наше знакомство с матерью Кожевникова, и она сразу не расположила меня к себе.
— Ну ладно. Что ж, Женечка, дорогая, позволь представиться. Я — мама твоего любимого Антона, Диана Леонидовна. Мне очень приятно с тобой познакомиться.
— Мне тоже.
— Теперь я точно знаю, что Антон — в хороших руках. Жаль, что нам не удалось встретиться раньше, тебе ведь известно, что часть времени мы живём в Германии? Оттуда легче руководить нашим кондитерским бизнесом. А Тошик всё время живёт тут, в Питере.
Киваю.
Ну, отчего, чёрт возьми, я никак не могу признаться, что я вовсе не невеста её сына? Наверное, оттого, что я не знаю как объяснить присутствие этого кольца на моей руке.
Или…
Может, оттого, что мне отчаянно хочется ей стать?
Но мой обман ненадолго — как только Антон Михайлович очнётся, он поймёт, что я отнюдь не его невеста, а обычная официантка из его любимого ресторана. Ведь я похожа на его любимую Юлию, как утка на павлина.