— Ладно, не дуйся. Спасибо.
Юлия примиряющее улыбается. Затем, с царственной щедростью вынимает из кармана манто тысячную купюру, и протягивает её мне. Я поджимаю губы, сглатывая комок, стоящий в горле:
— Оставьте себе, на чай.
И, развернувшись на каблуках, со всех ног устремляюсь к подъезду. Наверняка блондинка онемела от моей наглости, но мне нет дела до её чувств. Я постараюсь забрать в обмен на эту маленькую услугу гораздо больше тысячной купюры — её жениха.
Глава 12
— Женечка, доброе утро, детка.
Слышу сладкий голос Дианы Леонидовны, и чуть не падаю с кровати — какого чёрта она делает в моей спальне? Я ведь уверена, что закрыла дверь на ключ.
— Женя? Ты здесь?
Отряхиваюсь ото сна, словно мокрая собака. Ну, нет, откуда моя несостоявшаяся свекровь узнала мой адрес? Ведь я никому не давала своих данных, кроме номера телефона.
Конечно, в современное время интернета, адрес вычислить довольно просто, особенно, если человек живёт по прописке. Но вот войти в мою квартиру, не обладая необходимым набором отмычек и навыков медвежатника, Диане Леонидовне слабо. Скорее всего, это игра моего воспалённого воображения, и не более.
— Алло?
Оглядываюсь по сторонам, ища источник звука, и свешиваюсь с кровати. Ну, конечно. Видно, во сне машинально ответила на звонок, и выронила мобильный из рук, а громкий динамик не позволил мне спать дальше.
— Алло? Женя!
— Да-да, я тут. Мобильный упал.
— Дорогая, ты можешь приехать?
Отчаянно соображаю, какой сегодня день, и понимаю, что сегодня я работаю во вторую смену — с четырёх. Вполне успею смотаться в больницу, навестить красавчика, поговорить с его матерью, и со спокойной душой приехать в ресторан.
— Ну и отлично. Ждём тебя.
Отправляю смартфон на тумбочку, напяливаю на нос свои очки и лениво встаю с кровати, потягиваясь в разные стороны.
После вчерашнего разговора с Юлией я совершенно разбита, и не понимаю, что мне делать дальше. Блондинка отступать не собирается, во что бы то ни стало, желая заполучить Кожевникова обратно в свои сети, а мне никак не удаётся понять, что он за человек.
Одно я знаю точно — сейчас у меня преимущество, потому что только я знаю, где находится Антон Михайлович. Но, кто знает, как это надолго? Ведь он в любой момент может что-то вспомнить, или пронырливая Юля найдёт его в больнице.
Хотя, догадается ли она обзвонить лечебные учреждения, поняв, что её жених бесследно исчез?
Делаю взмах щёточкой для туши, заканчивая свой макияж. Никогда не любила краситься, да я и не умею это делать. Мои верные друзья — тушь и гигиеническая помада, вот и всё.
Поправляю воротничок на хрустящей, отглаженной рубашке официантки, и посылаю своему отражению в зеркале воздушный поцелуй. По-моему, я просто обворожительна! И пусть только Антон Михайлович попробует сказать обратное.
Быстро накидываю на плечи куртку, и, расправив плечи, выхожу из квартиры. Может, в больнице меня ждёт какой-то сюрприз? Диана Леонидовна говорила таким загадочным голосом.
Кажется, в больничном учреждении меня уже все принимают за свою — вот улыбчивая гардеробщица подаёт номерок, забирая мою верхнюю одежду, и приветливо машет рукой. Вот — уборщица озабоченно наклоняет голову, спрашивая, не нашла ли полиция грабителей, напавших на моего жениха, а вот — Торопов.
Чёрт, только его мне и не хватало!
— Доброе утро, Евгения Васильевна.
— Доброе.
— Не хотите кофейку?
В руках мужчины, как всегда — стакан с бодрящим ароматным напитком, и он явно придумал очередную колкость для меня. Но, не в этот раз. Я должна выстрелить сегодня первой.
— Нет-нет, спасибо. Видите ли, Григорий Егорович, вы предупреждали меня, что кофе спасает от старческого слабоумия, но мне до старости ещё очень далеко. А вот вам этот напиток, без сомнения, пригодится.
Не дожидаясь, пока капитан придёт в себя от моей язвительной шутки, разворачиваюсь на каблуках, и громко топая по намытому линолеуму, проношусь в палату к Кожевникову, расплываясь в довольной улыбке.
Так ему и надо!
Ох, как жаль, что мне не удалось увидеть лицо этого напыщенного хама! Хватит уже издеваться надо мной! Интересно, а сколько ему и вправду, лет? Он выглядит старше меня и старше Антона. Или это нервная работа его так подкосила?
Диана Леонидовна стоит у окна, заложив руки за спину, и смотрит куда-то вдаль грустным потухшим взглядом. В моей груди отчаянно щемит сердце, при взгляде на эту женщину. Как ей, наверное, тяжело видеть сына в таком беспомощном состоянии.