Мои родители в кухне ужинали вместе со своими гостями. Мы же с Иркой сидели у меня в комнате, не в силах пошевелиться.
Зазвонил мой мобильник. Он лежал на диване между нами, Ира пихнула трубку в мою сторону. Отвечать было лень, но слушать эту назойливую мелодию тоже не хотелось. Я сняла трубку.
— Алло.
— Дин, привет! Это Паша.
— Угу.
— Как дела? Че делаешь?
Блин, он что, просто потрепаться звонит? Что-то неразборчивое бормочу в ответ.
— Понятно. — Что ему понятно?! Я сама не поняла, что сказала! — Слушай, Дин, я че звоню-то. Ты как, к Игорю завтра пойдешь?
К какому еще Игорю? Ах, да. К Игорю. У него же днюха. Чтоб не вдаваться в подробности, отвечаю:
— Угу.
— Отлично. Тогда я за тобой зайду часов в двенадцать. Устроит?
— Угу.
— Супер! Тогда давай, до завтра!
— Угу.
Кладу трубку. Ирка уже успела очнуться от усталой апатии, смотрит на меня с любопытством.
— Кто это?
Я отмахиваюсь. Подруга спокойно берет мой телефон и смотрит список входящих вызовов.
— О, Пашка! А че он хотел? — я молчу — Понятно. Говорить со мной ты не собираешься. Ну ладно, это дело поправимое.
Она спокойно вышла из моей комнаты. Судя по звуку шагов, пошла она в кухню. Зачем это, интересно? Во мне из-под одеяла апатии начало выбираться любопытство. Но когда я уже практически собралась встать и пойти за подругой, она неожиданно распахнула дверь и с порога плеснула на меня воду.
Я взвизгнула и вскочила. Не то чтобы мне было очень холодно или мокро — но ведь обидно же!
— Ирка! Блин, ну и зачем?
— А просто так, — насмешливо фыркнула моя подруга. — Чтоб ты очнулась и перестала киснуть.
— Я не кисну!
— Ага, просто сидишь на диване и медленно, но верно закисаешь.
Я не выдержала и расхохоталась. Ирка тоже не смогла сдержаться.
— Черт, Ир, мне же спать на этом! А ты мне лужу налила!
— Феном высушишь, — сквозь смех проговорила она.
Хохотали мы долго. Наверно, сказывалось напряжение сегодняшнего дня; может быть это даже была смеховая истерика. А потом, успокоившись, мы пошли гулять.
Я уговаривала подругу сходить со мной завтра к Игорю, но она упорно отказывалась. В конце концов, она привела просто убийственный довод.
— Дин, елки зеленые, ты же хочешь, наконец, узнать, что Пашка от тебя хочет? Хочешь. Ну вот и иди одна. Может, без меня на заднем плане ему будет легче сосредоточиться и высказаться, а?
Крыть было нечем. А подруга еще и добила:
— Между прочим, ты же знаешь — ко мне завтра родня из Москвы приезжает. С детьми. И все эти дети будут на моей совести. Так что мне придется брать их с собой, если я пойду. Как думаешь, Игорь рад будет?
Мда. Насколько я помню, Иркины двоюродные, троюродные или какие там еще родственники младше нас лет на пять. Если Ирка возьмет их с собой, вместо дня рожденья получится детский утренник. Не самая лучшая идея.
Чего же все-таки хотел Паша
Паша, как и обещал, зашел за мной ровно в двенадцать. Кстати, у него хорошая память — с первого раза запомнить, где я живу, еще никому не удавалось. По дороге я пыталась заставить его объяснить мне, в чем все-таки дело — разумеется, безуспешно.
Мы вручили Игорю подарок «от нас обоих», выпили немного шампанского и вышли на балкон. Точнее, Паша меня практически насильно вытащил… Парень облокотился на перила и, глядя на улицу, а не на меня, вздохнул и сказал:
— Дин, мне нужна твоя помощь. Я прекрасно понимаю, что тебе совершенно незачем мне помогать, но кроме тебя мне никто вообще не сможет помочь.
Я вздохнула. Когда же он начнет говорить по существу?
— Дин, я… Ну, в общем, мне… я… Мне очень нравится Ира, вот! — выпалил парень и посмотрел на меня.
Я удивленно заморгала глазами. Кажется, я накаркала! В последние дни я слишком части и слишком ехидно об этом говорила. Хотя всерьез я так не думала! И Ирка, судя по всему, тоже…
— Ээээ… А-а-а, вот оно что… Но… Паш… а я-то тут… Ээээ, в смысле, я-то тебе чем могу помочь? То есть, чем я могу тебе помочь? — наконец сформулировала я наиболее вежливый ответ.
Парень вздохнул.
— Дин… Ну, я понимаю, это нагло, но… Ты же ведь Иру лучше всех знаешь… Может, ты мне поможешь?
— В смысле? — не поняла я, — В чем помогу?
— Ну, понравиться ей. Ну, чтоб она не то чтобы влюбилась в меня, но хотя бы встречаться согласилась.
Я недоуменно посмотрела на него.