— Нет! Ты что!
— Ну вот и я об этом. Когда ещё мы найдём вторые половинки? А людям нельзя без секса, и мужчинам, и особенно женщинам. Я просто тревожусь за твоё здоровье.
— Эм… Нет. Если мы решили развестись, я бы не хотела ничего такого устраивать. Будем жить, как квартиранты, пока ты свои вопросы не решишь.
— Смотри. Пожалеешь! Я-то точно быстрее найду себе женщину. Ведь такие креативные люди, как я, на дороге не валяются.
— Ну что ж… Я переживу. Но если решили, значит, точка.
— А почему ты так решила? Что со мной не так?
Я зависла, мне не хотелось в очередной раз проходиться по его недостаткам, не хотелось его обидеть. Однако меня удивляла сама постановка вопроса, мне кажется, Степан впервые задумался о том, что он мог делать что-то не так.
— Степан, любви нет. А я обязательно хочу полюбить по-настоящему и чтобы меня любили. Это же нормально, что наша искорка угасла? Просто мы оказались немного не теми, кем себе друг друга представляли.
— Да, такое бывает…
Разговаривала с ним, и вроде даже он был нормальным. Но неожиданно для меня появилась дополнительная мотивация. Любовь! Да, именно любовь стоит и разводов, и неудобств, и всего прочего. Ведь я так и не испытала того чувства, которое толкнуло Каренину на измену. Ведь не зря оно так превозносится. И я несомненно хочу его испытать.
— И ты такой видный мужчина. Тебе тоже нужно найти свою музу, которая будет тобой восхищаться и ценить тебя. Я совсем не понимаю твоего творчества.
— Тут ты права как никогда. Творческая личность, как никто, нуждается в поддержке. Полина, спасибо, что открыла глаза! Прям сейчас пойду искать музу.
И он взял телефон и начал пролистывать анкеты желающих познакомиться. Я отметила тот факт, что приложение уже давно установлено. Но это было уже неважно, и цепляться к этому я не стала.
Выбрала себе непроходную комнату, перенесла свои вещи. А Степан уже с задором и увлечением выбирал себе новую подругу жизни, я даже не стала его отвлекать. Лишь думала о том, какая я идиотка. Почему так долго тянула с решением? Уже год я точно могла быть свободна…
Сразу же отписалась Тасе.
— Подруга, ну ты даёшь! Я думала, ты никогда не решишься. И даже удалось обойтись без скандалов?! Прям респект и уважение и тебе, и Степану твоему. Всё же он не конченый идиот.
— Да уж... — хотелось мне возразить и рассказать про сайт знакомств, но это всё теперь было не со мной, и мне было безразлично, даже слова теперь не хотелось тратить на описание этой ситуации.
Спала я, как никогда, крепко, с лёгкой душой и сердцем, в полном предвкушении приключений и путешествий. Даже не представляла пока, куда же мне отправиться? Может, в Турцию, а может, в Египет… ладно, потом посмотрим по бюджету. Пока надо закончить год и свозить детей в Питер, а в отпуске займусь поиском любви и путешествиями.
Глава 3. Переходный возраст
Борис
Сидел и весь кипел от злости. Хотелось надрать задницу этой девчонке. Но так нельзя. Анфиса Петровна сказала: «У девочки переходный возраст, надо быть поаккуратнее». Ремень по ней плачет, да и всё. Никогда не интересовался тем, что происходит в голове у женщин, но что за мыслительные процессы происходят у этого непутёвого ребёнка, знать всё же хотелось. Пока молчал. Подбирал слова… Слов не матерных, подходящих не было. Начал рассматривать её одежду. Как в этом можно ходить? Где туфли-лодочки и юбочка в складочку? На Лизе какие-то тряпки!
— Лиза, ответь, где ты была?! И почему не отвечала на звонки? Ты понимаешь, тебе только тринадцать лет! Вокруг столько опасностей.
— В таком тоне я не собираюсь продолжать разговор, — сказала Лиза, и я чуть не упал от удивления. Было много слов, но наверное, не стоит горячиться. Тяжело вздохнул, посмотрел на Анфису Петровну, она сигнализировала о том, чтобы я уходил. Ещё раз кинул взгляд на Лизу, она молчала, и не было даже намёка на то, что дочь собирается что-то мне рассказать. Она провинилась, всё сделала наперекосяк и даже не ответит за это? Это вообще не укладывалось в мои рамки. Если есть проступок — должно быть и наказание. Я был в корне не согласен с ними обеими, но чувствовал, эту битву мне не выиграть. Хлопнул дверью вгорячах и ушёл. Выходя из комнаты, я всё же рявкнул:
— Неделю сидишь дома! Только в школу и из школы!
Она истерично и надрывно крикнула:
— Ты не имеешь права!
А потом заплакала. Мне было её не жалко, сама виновата. Но мысли о том, что делаю что-то не так, не покидали меня. Так всегда! Если честно, ничего сложнее, чем заниматься воспитанием дочери-подростка, в жизни мне делать не приходилось. Нужна была здравомыслящая мать для Лизы, которая всегда её поймёт. Серьёзная у девочки проблема, или она хочет меня провести. Я был, как идиот, и не понимал никаких намёков, полутонов, и вообще не представлял, как этот переходный возраст прошёл мимо меня? Почему нынешнюю молодёжь так бомбит?