То в машину лезет, то в дом ломится – продыху от него нет совсем. Вообще, когда Богдан пришел к нам в субботу вечером домой, я успела знатно перетрухнуть, ведь расскажи он моему старшему брату о том, как я рассекаю на его ненаглядной машинке по городу, да еще и без прав, меня б, наверное, уже не было на этом свете. Но похоже я была слишком высокого мнения об умственных способностях данного субъекта, потому что Белов ни о чем не догадался – а в этом я была уверена, ибо смекни он что к чему, точно бы меня сдал – защищать Богдан меня однозначно не будет.
Как же бесит этот парень! Не видела его несколько лет, и такое ощущение, как будто друг Артема стал еще более раздражающим. Эта его кривая улыбочка и злобные глазенки – все как в детстве!
Я еще вчера решила, что нужно будет подложить этому засранцу какую-нибудь свинью, желательнее покрупнее – не важно целиком или по частям, но поглумиться над Беловым необходимо.
С таким боевым настроем подхожу к остановке и сразу вижу нужный автобус. Он останавливается, и я, стуча ногами по полу, запрыгиваю внутрь, быстро оплачиваю проезд. Сейчас час-пик, поэтому автобус набит практически до отказа, но мне как-никак удается протолкнуться и встать поближе к окошку, чтобы не смотреть на эту банку со шпротами, в которой приходится ехать.
За окном буйствует самая настоящая стихия. Снегопад, по-видимому, начался пару часов назад, так как дороги уже полностью заметены, а машины медленно-медленно ползут по городу, увязая колесами в снегу и создавая колоссальные пробки. Пока мы так же, как и все ползем вдоль проспекта, я замечаю, что некоторые автомобили из-за серьезной непогоды даже сломались, а кто-то уже успел попасть в небольшую аварию. на светофоре наблюдаю, как толпа людей выплывает из недр метро и сразу оказывается на растерзании у снегопада.
И все-таки, как ни крути, зима – самое волшебное время года. Декабрь же особенно очарователен, ведь он совпадает с предновогодней порой. Вот и сейчас отмечаю про себя, как здорово уже преобразился город, украшенный гирляндами, огоньками и многочисленными елками, как ярко сверкают витрины магазинов, декорированные в той же тематике. Вот уже и маленькие пекарни и уютные кофейни открывают свои двери для первых посетителей. Эх, как бы и я хотела выпить бодрящего кофе с каким-нибудь ароматненьким сиропчиком…
От грез о любимом кофе меня отвлекает звонок собственного телефона – бессмертная Crazy in love (Beyonce feat. Jay-Z) – «Леся» - высветилось на экране.
- Никольская, где тебя носит? – Гремит голос подруги, как только я отвечаю на звонок. – Я, конечно, понимаю, что ты не любишь нарушать свои традиции, но сегодня реально важный день.
Легенда о вечно опаздывающей мне уже сродни анекдота в родном универе – о том, что Елена Никольская опаздывает везде и всюду знают все: и студенты, и тем более преподаватели. Однако я не теряю надежду изменить закрепившуюся за мной репутацию, хоть попытки и тщетны. Несмотря на то, что мне вечно влетает за опоздания (последнее время в основном от Леськи), я не могу ничего с собой поделать. Вот и сегодня я проспала, ведь полночи готовилась к супер-важному семинару.
- Лесечка, не ругайся! Я уже мчу, - начинаю быстро говорить я, - займи местечко, плиииз! Через пятнадцать минут буду!
- Ленка, блин, пара через минуту! – Снова причитает голос в трубке. И Еремеева, сказав еще раз, чтобы я поторапливалась, наконец отключается.
Я, еще раз взглянув на часы и прикинув как скоро надо будет выходить, достаю один наушник из кейса и тихонько включаю музыку, все так же поглядывая в окошко.
Спустя пять минут я уже вылезаю из чудо-машины, попутно получив пару тычков в бок-другой. Теперь до университета остается минут пять-семь пешком – финишная прямая. Пары уже начались, так что на центральной аллее не так уж много студентов. Снег продолжает валить с прежней силой, однако это не мешает некоторым из них идти почти что прогулочным шагом.
У меня же в ушах гремит песня Beggin’ – Måneskin, я быстро-быстро семеню ногами, от этого все кажется невероятно эпичным. Я на драйве, зажигательная музыка, снегопад и то, что я который раз опаздываю на пару – все это придает скорости. Вот я уже подхожу к высокому крыльцу главного корпуса, где сейчас проходит занятие. Я поднимаюсь по ступеням, а энергичная мелодия в наушниках начинает замедляться. Остается лишь пара шагов, и, как назло, я поскальзываюсь на последней оледеневшей ступени. Всего секунда, даже меньше, а я уже успеваю представить, как меня будут отскребать от асфальта. Но неожиданно меня перехватывают чьи-то сильные руки и, крепко прижав к себе, вновь ставят в нормальное положение. Не успеваю даже обернутся и взглянуть на своего спасителя, как слышу знакомый голос: