- Мама опять трубку не берет. Наверное, с каким-нибудь мужиком бухает...
- Да-да, сделаю все в лучшем виде.
Ключи у него были, он их не вернул год назад родителям. Матвей вышел из дома и направился к
машине. Сел в нее и направился к дому девушки. Подъехал и увидел, что в ее квартире горит свет.
«Значит она дома. Повезло»
После гулянок Тим ездил и забирал ее откуда только можно. Матвей ему помогал. За этот год они
ее нашли дома только раза три-четыре. И каждый раз, когда ее находили она была в компании
мужчины. Что волновало Матвея. Единственное в чем он проигрывал... или выигрывал — это
возраст.
Зашел к ней в квартиру. Она сидела перед телевизором. На ее столе были закуски и виски,
которое она глотала из горла. Но парень отобрал бутылку у весьма затуманенным разумом
алкоголем девушки.
- Тебе хватит. - он сел рядом с ней на диван. Она смотрела сериал. - Что смотришь? - спустя
несколько минут молчания спросил он.
- “Сверхъестественное” - сказала она заплетающимся языком, пожав плечами. Сейчас она
выглядела очень мило. Ее волосы были растрепаны. А на щеках румянец. Косметики на
ней не было. Большая футболка, которую она купила специально дома ходить и шорты.
Ноги поджала к груди и явно хотела что-то сказать. Потому что она шевелила ртом, в
попытке выдавить хоть какой-то звук.
- Мы его смотрели с Димой, как только он вышел.
- Я тоже его смотрел.
- Но не с самого начала. Мы его не досмотрели. Человека нет, а он все выходит. Я его не
включала, после смерти Димы. Никогда не думала, что с кем-то буду смотреть, кроме него - в груди у Бурова разлилась радость и гордость. Он рядом с ней. Она его не прогнала.
Но он не знал, что девушка не поняла кто перед ней. Ее разум настолько был затуманен, что Ира
приняла его за Диму и полезла к нему в объятия. Ей подумалось, что он жив. Девушку не смутил
запах, все же столько лет прошло он мог измениться.
А Матвей сидел и прижимал ее к себе. Сердце ушло в пляс. А тело задрожало. Она здесь и
прижимается к нему. Девушка уселась на парня. Его руки перекочевали ей на талию, залезли под
футболку. Ира обвила его шею руками и поцеловала в нее. У Матвея сперло дыхание. Ее рука
спустилась вниз, по напряженному телу, мускулам. Спускалась к штанам. Он перехватил ее руку. И
поцеловал в тыльную сторону.
Она потянулась к его губам. Провела языком по верхней губе, прикусила нижнюю. Ей захотелось
его помучить. Поцеловала в щеку, пробираясь к ушку. Засосала и прикусила мочку. Вызывая у
парня стон и табун мурашек. Его руки стянули с нее футболку. И ему показалась налитая грудь
Иры. Но стоило ему заметить вставшие соски, как рот наполнился слюной и захотелось втянуть
их. И мять ее грудь. Что он и сделал. Вторую руку он зарыл в ее волосы и притянул для поцелуя.
Он с остервенением и жадностью набросился на ее губы, кусая их. Отстранился, когда стало не
хватать воздуха. Он посмотрел на нее затуманенным от желания и любви к этой девушки
взглядом. Ее губы стали припухшими. И блестели после поцелуя. Так она еще и провела своим
языком по губам. И прикусила нижнюю. Она выгнулась, словно кошечка.
Матвей перевернулся, подмяв Иру под себя. Девушка стягивала с парня футболку. И провела по
красивому телу рукой. Он прижался к ее раздвинутым ногам, показывая, как хочет ее. Она целовала его шею, оставляя следы. Прикусила изгиб шеи. И зализывала рану. У него вырвался стон.
- Малышка, какая же ты охренительная. - прошептал охрипшим голосом. «Сейчас она
сама...» и только от этой мысли у парня “слетала” голова.
Он поцеловал ее. Кусал губы, оставляя на них раны. И их губы краснели еще сильнее.
Сдерживаться он уже не мог. Стянул шорты с Иры. И принялся за свои. Но девушка убрала его
руки. Она хотела сама. Расстегнула пуговицу. Стянула их с Матвея вместе с боксерами. Парню
было не удобно на диване. Он взял девушку на руки, она обвила его талию ногами. И унесла в
умопомрачительный поцелуй. Пошел в спальню вслепую. Его голова была занята девушкой, как и
тело собственно.
- Красавица моя. - он начал осыпать ее тело поцелуями, как только уложил ее на кровать.
Он забыл обо всем. Даже о контрацепции. Ни с одной он не терял голову на столько. Взял
свой каменный член в руку и водил по ее изнывающим лепесткам. Она застонала и
приподняла бедра.
- Сейчас, девочка. - он вошел в нее. Оба застонали в унисон. Им обоим было хорошо. «С
ней. Я с ней». Матвей не верил. Но ему не до этого. Сейчас он ни о чем не хочет думать.
Начал двигаться быстрее. Девушка хваталась за его плечи, спину, руки... Оставляя
болезненные царапины. А он хватался за ее бедра, грудь, ягодицы... Оставляя синяки от
своих рук. Целовал в шею и ниже. Он никогда не был садистом, но сейчас ему нравилось
наблюдать синяки от своих рук, а с мыслью, что завтра они будут сильнее, его затрясло. Он
был близок.
Девушка громко вскрикнула и сильно сжала его в себе. Ее трясло. Он кончил прямо в нее. Так узко
было. Так плотно она его сжала. Что вытерпеть он уже не мог. И так долго терпел. Он повалился на
кровать и притянул ее на себя. Она закинула на него руку и ногу. А он обнял ее за талию и на его
лице заиграла улыбка. Так они и заснули.