Подстроившись под ритм, я плавно веду бедрами из стороны в сторону, а руками слегка играю с волосами. Мой танец направлен не на Наума, а на повышение моей самооценки, поэтому с каждой секундой я позволяю себе все больше. Наум же, к моему удивлению, спокойно оценивает меня и пока не позволяет лишнего.
Я же расслабляюсь, плыву по музыкальному потоку и в удовольствии закрываю глаза. Это то, что нужно! Какой кайф!
В шлейфе музыкального дурмана я не замечаю как руки Наума соскальзывают вниз с моей талии и опускаются к бедрам. Разворот, и вот я уже спиной к брату своего жениха и еще смелее двигаюсь бедрами. Тело само ломается в изящных изгибах. Я запрокидываю голову и ловлю музыку губами.
В смену ритма я вдруг слышу что Наум мне что-то говорит, но не могу разобрать слов. Поэтому разворачиваюсь к нему, не открывая глаза и привычно тянусь к его губам, чтобы «расслышать».
Но это становится моей ошибкой.
Я ожидаю что он повторит свои слова, но вместо этого наши губы встречаются. Я замираю от неожиданности, а Наум тем временем обхватывает мое лицо ладонями и только углубляет поцелуй…
Глава 9.
Мне почему-то хочется смеяться. Нет, не впасть в исторический припадок, а улыбаться от укола теплоты в груди. Странные, смешанные и неправильные чувства, но их не хочется контролировать. Хочется отпустить и плыть по течению.
Вот только я сейчас стою посреди танцпола и целуюсь с братом своего жениха.
Как минимум нужно разорвать этот поцелуй, а о последствиях подумать чуть позже. Но черт возьми, рукам сложно отлипнуть от каменных плеч, а его прикосновения вызывают приятные ощущения внизу живота.
Что я творю?
Резко дернувшись назад, я даю Науму пощёчину и со словами «мне нужно еще выпить» иду к бару.
Глупый поступок, учитывая то, что я сама терлась о его грудь, отвечая на поцелуй.
— Такого поворота событий я точно не ожидал! — растирает щеку, намекая на пощечину.
Возле меня приземляется Наум, когда я делаю добротный глоток сладковатого коктейля.
— Я тоже! — честно признаюсь. — Поэтому давай забудем то, что сейчас прошло.
— То есть давай не будем рассказывать моему младшему братишке, что я и ты чуть не трахнулись на танцполе при свидетелях?
— Хочешь еще одну пощечину? Сейчас устрою.
Наум кладет свою огромную ладонь на мое колено, сжимает его несколько раз и тихо произносит на ухо:
— Давай уйдём отсюда. Ты ведь еще не замужем. Зачем хранить верность? Оторвешься в последний раз. Клянусь, это станет нашим секретом.
От его прикосновений, на коже выступают мурашки. Науму нравится моя реакция на провокационное предложение порочного характера, но мне следует отказаться от него.
— Это шантаж? — допиваю коктейль и скидываю с себя его ладонь. — Иначе ты побежишь к Денису, и расскажешь что мы целовались? — выгибаю бровь, оценивая реакцию на мои слова. Реакция меня вполне удовлетворяет. Он не побежит к брату. Этот грязный поцелуй останется нашим маленьким секретом.
— Отличного вечера, Наум! — достаю из сумочки деньги и кидаю их на барную стойку. Этих купюр с лихвой должно хватить, чтобы покрыть те два выпитых коктейля. — На сегодня с меня достаточно. Ты можешь нормально клеить телочек.
Оставив Наума с застывшим недоумением на лице я выхожу на улицу. Выкурив ровно две сигареты, я еду домой.
Какая же я дура!
Всю дорогу к дому я грызу себя. Уровень алкоголя в крови значительно поднялся и грызть себя становится сложнее, особенно когда перед глазами пляшут картинки недавнего происшествия, а на губах застыл чужой запах.
Внизу живота расползается томное возбуждение и мне приходится сжать колени. Боже… с ума сойти. Кто бы мог подумать?
Это все алкоголь. Вряд ли на трезвую голову меня смог бы возбудить брать Дениса.
В квартиру я попадаю не слишком поздно. Едва перевалило за двенадцать ночи. Вокруг царит полумрак и тишина.
Бесшумно блуждая из комнаты в комнату, я не нахожу своего жениха. Даже в спальне его нет. Неужели и Денис решил пойти развеяться, устав пролеживать вечер субботы на диване?