Я никогда столько не думала об одном человеке, да я раньше вообще не думала о людях. Больше всего я, все-таки, хочу забыть его, но то, что ты хочешь забыть больше всего, забыть, ни за что не получится. Не справедливо? А где вы видели в этом мире справедливость? Захочешь забыть - никогда не забудешь, как не будешь любить - взаимности не добьешься, украдут что-то или кого-то - никогда уже не вернешь. Это жизнь. Все зависит от тебя, но лишь в какой-то степени. Сколько не бейся об стену, а заставить человека что-либо почувствовать не сможешь. Сколько не рассказывай о том, что ты чувствуешь никому не понять. То, что происходит с тобой, происходит только с тобой, никому и никогда не удастся взглянуть на мир твоими глазами, увидеть то, что видишь ты, и понять это так, как понимаешь ты.
Но даже так, жить - это хорошо. Не нужно жалеть о чем-то, хотя бы потому, что это бессмысленно. Что толку в самоубивании? Расковыриваешь свою рану все больше и больше, а потом удивляешься: “Почему так больно?”. Зачем жалеть о том, что уже натворили? Ну, было и было. Сделали выводы и живем дальше. Какой толк бояться? Придумано уже столько этих глупых страхов, что скоро будет страшно жить. Мы боимся не высоты - мы боимся упасть и разбиться, мы боимся не темноты - мы боимся того, что в ней прячется, так? Так, если знаешь, что упадешь - не лезь, боишься идти в темноту - возьми кого-то с собой и ты уже не один против страха. Все проще. Усложнять не стоит. Хотя, я уже заметила, что усложнение ситуаций - это любимый конек человечества. Люди усложняют все вокруг себя, начиная от различных устройств заканчивая словами, которые теперь уже почему-то нельзя говорить в лицо. Сейчас уже тебе никто не скажет, что ты плохо или хорошо выглядишь, просто потому, что это никому не выгодно, не от кого уже не услышать искренности, теплоты, например: “люблю тебя”, “ты мне нужен”, “я скучаю”. Такие простые и банальные фразы уже не говорят, ведь это “не модно”. Мало кто будет тратить свои силы на то, чтобы помочь кому-то. Люди нынче даже слова экономят. Я этого, наверное, никогда не пойму. Пусть я и не общаюсь с людьми, но совсем не из-за этого, я сторонюсь общества потому, что могу нанести вред. Не только физически навредить, но и морально. Я же не смогу скрывать себя вечно. В конце концов, либо потеряю человека, либо тайну, отныне и навсегда.
Неожиданно в моих руках завибрировал телефон. Его пробуждение испугало меня, и я одернула руку. Короче говоря, теперь мой сотовый покоится на дне озера. Несомненно, звонила Раинда, я не видела имени, но никто другой просто не знает моего номера. Думаем. Если звонили, значит, что-то случилось, а если что-то случилось, то мне нужно бежать. Когда же мои приключения закончатся, наконец? Не этого я хотела. Совсем не этого...
Оказавшись во дворе, я почти сразу нашла Кевина и двинулась к Раинде. Оказалось, она стоит у подъезда, но не одна. Рядом с ней стояла моя самая главная проблема - Арен, собственной персоной. Он мне скоро будет ночами сниться. Преимущественно в кошмарах.
Я вручила внука бабушке, сообщила об утопленнике (в лице моего телефона) и извинилась, за то, что не ответила на звонок. Затем я узнала, что звонила не она, а Арен, и, что с Кевином нужно побыть еще немного, пока Раинда сходит в магазин. Я снова взяла за руку мальчика и, не обращая внимания на Арена, развернулась и пошла во двор.
Дама ушла в магазин, а Арен, конечно, поплелся за мной.
Только бабушка скрылась из виду, мальчик побежал играться, а я села на качель. Я закрыла глаза, и потихоньку раскачивалась из стороны в сторону. Арен тяжело вздыхал и смотрел на меня, как обиженный ребенок, которому не купили собаку.
-Привет, Роки, - начал Арен.
-Ага, - не открывая глаза, ответила я.
-Что “ага”? Никакого внимания на меня не обращаешь.
-А надо?
-Ну, вообще нет, но разве ты не хочешь поздороваться?
-Ну, привет, что ли...
-Я тебя так напрягаю? Может мне уйти?
-По своему усмотрению. Не в моих силах выгонять тебя с общественного места.
-Эх.... А я ведь к тебе пришел.
-А я просила?
-Нет. Но я подумал...
-Плохо подумал. Лучше вообще забудь сюда дорогу.
-Зачем это?
-Для твоего же блага.
Вдруг, неожиданно начался дождь. Он быстро набирал силу и не думал утихать. Нужно было уговорить Кевина идти домой, чтобы его бабушка не отчитала меня, но он ни в какую не шел. Ну и черт с ним! Лучше сама сухая останусь, чем этот мальчишка закатит истерику, и я промокну, пока спорю с ним.