— Но что меня и в самом деле сбивает с толку, как вы узнали, когда именно я выехала из Лондона. — Она напряглась, потому что его темные глаза совершенно откровенно смеялись. — Полагаю, для одного дня что-то слишком много совпадений… Значит, вы видели меня сегодня утром?
Он улыбнулся:
— Видел. И следовал за вами на такси, пока вы загружали свой автомобиль, и поставил свою машину так близко от вашей, что удивительно, как это вы меня не заметили.
— Жаль, что не заметила. — Эти слова прозвучали так искренне, что Ричард и вовсе развеселился. — Я бы тогда не заблудилась в тумане!
— Я не думал, при тогдашнем положении дел, что вы примете мою помощь, если бы я вам ее предложил.
— Может быть, и не приняла бы, — гордо ответила девушка, но под воздействием еды и вина, тепла и уюта ее глубокого кожаного кресла она вдруг подумала, а почему бы ей было не принять с благодарностью его помощь. — У меня была своя собственная машина, — напомнила она, — я не бросила бы ее.
— Ну что ж, боюсь, что теперь вы ее бросите.
Каприс, совсем как ребенок, свернулась в кресле, а Ричард нагнулся, чтобы добавить в огонь очередное полено. И, нагнувшись, он заметил, что ее темные каштановые волосы отсвечивают золотом. А ее по-детски нежная кожа — розовая и теплая, как абрикос, и гладкая, словно бархат.
— Почему? — Каприс сонно заморгала. Ей действительно не следовало выпивать целых полтора бокала вина. — Это, знаете ли, была совсем не такая уж плохая покупка. Полагаю, любая небольшая неисправность может быть довольно быстро устранена.
— Сомневаюсь. — Молодой человек нахмурился, глядя на кончик своей сигареты. — Видите ли, я знаю, какими машинами торгует Тони Морсби, а если бы мы были в лучших отношениях, то я мог бы вас предупредить насчет той машины, которую вы имеете теперь. Ведь никто, хоть сколько-нибудь понимающий в автомобилях, ни за какие деньги и не коснулся бы ее, не то что заплатить за нее столько, сколько заплатили вы. — Он печально улыбался.
— Вы считаете, что я глупая, да? Глупая австралийка!
— Нет, я считаю, что вы упрямая австралийка.
— Может быть, вы и правы. — Каприс поудобнее устроилась в кресле. — Что мы будем делать дальше? — осведомилась она. — Поедем сегодня вечером в Феррингфилд-Мэнор?
— Нет, я договорился, чтобы вам предоставили здесь комнату… ту самую, в которой вы были перед обедом. И я тоже останусь здесь.
У Каприс дрогнул уголок рта.
— Вы считаете, что это правильно? — спросила она.
— Я не считаю, что это неправильно.
— А как же мисс Салли Карфакс?.. — Она смотрела прямо ему в лицо с самым кротким видом, изредка потупляя глаза и снова взмахивая длинными ресницами. — Она… одобрила бы это решение?
— А разве это имеет значение, одобрила бы она или нет?
— Я… я не знаю!
Он слегка помрачнел, потом поднялся, чтобы добавить в огонь еще одно полено, но передумал.
— Вы идите в постель, — сказал он, — а я собираюсь зайти к хозяйке и выяснить, сможет ли она предоставить вам какую-нибудь одежду на ночь, раз уж так получилось, что у вас нет с собой вещей. И прошу вас, положите в постель грелку или бутылку с горячей водой.
— Про постель звучит очень заманчиво, — пробормотала Каприс, — но мне и здесь очень удобно. Почему бы нам не просидеть здесь всю ночь?
— Потому что мы не можем, — строго отозвался Ричард.
Он огляделся. Теперь отель казался совершенно пустынным. Он наклонился, поднял девушку на руки и слегка покачал, а она, не оказывая никакого сопротивления, позволила ему нести ее вверх по лестнице. По коридору они, наконец, добрались до ее комнаты, дверь которой Уинтертон решительно распахнул ногой, поскольку она была не заперта.
Он пересек комнату и опустил Каприс на постель, а она была уже слишком сонной, чтобы возражать.
— Что вы подложили в мой кофе? — вяло поинтересовалась она, глядя в его странно теплеющие глаза и гадая, как они выглядят, когда он не такой невозмутимый и сдержанный, как обычно.
— Коньяк, — признался он. — Налил всего капельку. Я подумал, что вам это не повредит, а, напротив, принесет пользу — предохранит вас от простуды.
Она вдруг хихикнула.
— Миссис Бил сказала, что после обеда вы всегда пьете бренди!
— Она так сказала? — Вопрос был произнесен не слишком довольным тоном.
— И порт… Впрочем, не думаю, что я это хотя бы пробовала.
— Ну, если бы я был на вашем месте, я бы с этим не экспериментировал. — Он говорил все еще строго, но глаза его слегка мерцали… и их мерцание ей нравилось. Ей понравился и запах лосьона, которым он пользовался после бритья, и еще какой-то легкий запах, исходивший от него.