112 квартир, машинально подсчитал Олег Павлович. И, как назло, во дворе ни одной живой души. Ни одной бабули на лавочке. Хотя это и неудивительно — ведь холод на улице, метель. Да и темнеет зимой рано. Бабули же любят тепло, свет и сухую ясную погоду.
А как бы пригодилась сейчас бабуля! Бабули всегда все про всех знают. Ничто не может укрыться от цепкого взгляда бабули, отдыхающей с товарками на скамеечке у подъезда…
Олег внезапно остановился.
За неимением бабули сгодится и молодая женщина, подумал он.
Ну, относительно молодая.
Екатерина Сергеевна. Катя.
Она-то точно знает номер квартиры своего ученика.
Кроме того, ему будет приятно услышать ее голос, неожиданно для себя решил Олег.
Да. Действительно, приятно. И потом, надо же поинтересоваться, как она вчера добралась до дома и как себя чувствует нынче.
Он достал мобильник, включил его, глянул на удлинившийся список непринятых звонков, пожал плечами и набрал номер Кати.
Катя отозвалась мгновенно, будто ждала его вызова.
— Ах, Олег Павлович… Олег! Как же хорошо, что вы позвонили! Сама бы я не решилась…
— Что? — встревожился Олег, мгновенно забыв свои первоначальные намерения. — Что с вами, Катя? У вас что-то случилось?
— Да… то есть не совсем, но… Мне очень нужна ваша помощь! Если б вы только могли приехать…
Лилия Бенедиктовна, уперев в стол пухлые локти, обтянутые тонкой и мягкой, как шелк, черной кашмирской шерстью, сидела за столом в своем кабинете и размышляла. Перед ней лежал гроссбух Клуба, открытый на странице с адресом и телефоном Нины Соболевой. На экране компьютера светилась чистыми холодными красками скаченная из Интернета картина Александра Соболева «Зимний сон».
«Поехать туда сразу или сначала позвонить?» — думала Лилия Бенедиктовна.
Да чего там звонить? Исчезнет весь эффект внезапности… А в таком деле главное — быстрота и натиск. Такого противника надо сначала ошеломить, а потом заняться методичным и планомерным покорением и освоением территории. Это вам не голодный и слегка чокнутый математик. Этого на котлету по-киевски не подманишь.
Кроме того, чтобы звонить, нужен предлог. А вот предлога у Лилии Бенедиктовны и не было. Лилия Бенедиктовна вообще не любила пользоваться предлогами, особенно вымышленными. Гораздо проще, естественней и, разумеется, полезнее для дела будет, если она возникнет на его пороге в ореоле снежной пыли и прямо скажет:
— Я три года ищу встречи с вами!
Ну или еще что-нибудь в этом роде. В общем, скажет первое, что придет в голову. Все равно до них ехать полчаса: сначала на метро, а потом на маршрутке.
Еду, решила Лилия. И зачем метро, зачем маршрутка? К чему эти лишние неудобства и угроза запачкать новую шубу из черно-бурых лис, мех которых так изумительно подходит к ее белой коже и черным волосам?
Лилия протянула руку к телефону, чтобы вызвать такси, но в этот момент в дверь поскреблись.
— Я занята! — рявкнула Лилия, не оборачиваясь.
— Простите, Лилия Бенедиктовна, но там пришла Мышкина, — услыхала она извиняющийся голос секретарши. — Она выглядит очень расстроенной и просится к вам хотя бы на пару минут!
Мышкина… Лиза… Старшая медсестра.
Ну, эта без причины проситься не станет. Придется принять.
Ну и ладно, поеду не сейчас, а через полчаса.
Через полчаса, однако, не получилось. Едва Лиза успокоилась и, основательно высморкавшись в бумажный платочек, согласилась пойти домой и лечь спать в надежде, что утром все образуется, как из-за двери кабинета послышалась глухая возня.
— Не пущу! — услыхала Лилия несколько сдавленный, как ей показалось, голос секретарши. — Нельзя к ней сейчас! Вы что, русского языка не понимаете?!
— Но мне надо! Вопрос жизни и смерти!
В результате после недолгой борьбы дверь отворилась и на пороге возникла новенькая Олеся.
Секретарша держала ее за руку и честно пыталась оттащить назад, в коридор.
— Лилия Бенедиктовна! Помогите! Вы моя единственная надежда!..
Лилия, сверкнув глазами на Олесю, велела секретарше принести стакан воды. Олеся немедленно расположилась на стуле напротив Лилии и уставилась на нее красными от слез глазами.
— Лилия Бенедиктовна, я…
— У вас есть десять минут, — сразу предупредила Лилия Бенедиктовна.
Выпив принесенную секретаршей воду, она приготовилась слушать Олесин монолог.
Еще через полчаса в Клуб явились Ирочка и Маришка. Не успела Лилия Бенедиктовна порадоваться тому, что так быстро и ловко сплавила зануду Олесю, как раздался звонок в дверь. Было без четверти восемь; секретарша уже ушла домой.