— Мисс Люси сообщила нам, что вы обручены, мисс Мина, но сейчас ваш избранник в отъезде. Возможно, наш добрый друг и отличный врач Джон Сивард сумеет воспользоваться его отсутствием и завоевать ваше расположение?
— Мистер Квинс! — укоряюще воскликнула миссис Вестенра, сопроводив свои слова гримасой оскорбленного достоинства. Реакция доктора Сиварда, покрасневшего как вареный рак, была куда более искренней.
— Я понимаю, что должен просить извинения за свою бестактность, но, говоря откровенно, я ничуть о ней не сожалею, — заявил Квинс, и лицо его осветилось белозубой улыбкой, блеснувшей, как солнечный луч. — Я привык называть вещи своими именами — так принято в городе, где я родился и вырос, — и я не вижу в этом ничего плохого. Джон мой лучший друг, а с мистером Харкером я не имею удовольствия быть знакомым. И мне хотелось бы знать, мисс Мина, достоин ли он вас?
— Придержи язык, Квинс! — поднимаясь со своего места, рявкнул Артур. — Неужели все мои наставления по части хороших манер прошли для тебя даром? Мисс Мюррей, заклинаю вас, простите этого американского невежу, другом которого я имею несчастье быть.
Произошедший инцидент, судя по всему, чрезвычайно позабавил Люси, которая отвлеклась наконец от созерцания горошин на своей тарелке.
— Мина вовсе не так беззащитна, как можно подумать, — произнесла она, и в глазах ее впервые за весь вечер заплясали живые огоньки. — Можете себе представить, она в одиночку управляется с двумя десятками непоседливых девчонок, по сравнению с которыми мистер Квинс просто образчик благовоспитанности.
Я собралась с духом и повернулась к Квинсу.
— В ответ на ваш вопрос должна сообщить вам, что мистер Харкер являет собой воплощение всех мыслимых достоинств, — отчеканила я и скромно опустила глаза.
Согласно наставлениям мисс Хэдли, потупленный взгляд в наибольшей степени пристал молодой леди, находящейся в обществе мужчин.
Вскоре Артур напомнил друзьям, что на следующий день им предстоит встать рано утром, и, следовательно, настало время уходить.
— Ты не надумал к нам присоединиться? — обратился он к Квинсу, который вместо ответа поднял свою поврежденную руку.
— Ну что ж, тогда сиди на берегу, — бросил Артур.
Доктор Сивард осторожно взял меня за локоть и отвел в сторону. Взгляд его огромных влажных глаз был исполнен неподдельной печали.
— Мне бесконечно жаль, что я послужил невольной причиной вашего смущения, мисс Мина, — пробормотал он. — Могу ли я надеяться, что вы не держите на меня обиды?
Про себя я отметила, что доктор весьма недурен собой. Голос его, мягкий и вкрадчивый, наверняка с первых же минут пробуждал в пациентах доверие. Глубокое, мужественное звучание этого голоса странно контрастировало с хрупким сложением его обладателя и потому производило особенно сильный эффект. В серых глазах доктора Сиварда светился живой ум. Бьюсь об заклад, сейчас все его интеллектуальные усилия были направлены на то, чтобы проникнуть в мои мысли. А может, поставить мне диагноз.
— Вам не за что себя укорять, доктор Сивард, — ответила я. — Шутка вашего друга ничуть меня не обидела, а даже, напротив, позабавила.
С этими словами я вновь опустила глаза, надеясь, что разговор исчерпал себя.
— Счастлив слышать это, — сказал доктор Сивард и, сжав мою руку несколько крепче, чем это позволяли приличия, выпустил ее.
После этого гости начали прощаться. Я заметила, что Артур, обращаясь к миссис Вестенра, произнес «до свидания» с особой сердечностью.
Оставшись наконец наедине с Люси и со мной, миссис Вестенра первым делом заявила:
— Вижу, Мина, ты пленила нашего милого доктора Сиварда. В свое время он с ума сходил по Люси. Но не настолько, чтобы не понимать — он не может рассчитывать на руку девушки ее круга и с ее состоянием. А вот для тебя, не будь ты обручена, он стал бы прекрасной партией.
Я не сочла возможным принимать эти слова как оскорбление, ибо понимала, что они всецело соответствуют истине. Признаюсь, образ доктора Сиварда витал пред моим мысленным взором, пока я готовилась ко сну. Если Джонатан разлюбил меня, не попытаться ли мне полюбить кого-нибудь другого?
После того как мы с Люси улеглись в постель, я попыталась завязать с ней разговор. Однако моя подруга заявила, что умирает от усталости, и, не дослушав меня, закрыла глаза. Разочарованная и несколько обиженная, я перевернулась на бок и вскоре уснула.