– Виктория, прошу, тише.
В горах затаилась опасность.
Николас обернулся к Хэки:
– Что думаешь?
– А кто его разберет, милорд, – произнес слуга и указал на высокий хребет, нависший над перевалом. – Вот там как-то подозрительно.
– О чем он говорит? – спросила Виктория графа.
– Снег в горах неустойчив.
– То есть на нас может сойти лавина?
– Скорее всего, нет. Наши беглецы спокойно проехали. Но мне показалось, я слышал, как снег ползет вниз. Такое бывает, когда температура резко поднимается, – добавил Ник.
– Разве можно это расслышать?
– Еще как, мисс, – проговорил Хэки.
Виктория посмотрела вверх, на горы. Теперь они приобрели вид исключительно угрожающий, а не живописный.
– Но ведь твои братья проехали.
– Да, но они сильно рисковали. – Арнпрайор неодобрительно покачал головой. – Ройалу стоило об этом задуматься. Сильный шум может вызвать сход лавины, особенно в такой узкой долине.
Его рассуждения не помогли Виктории успокоиться.
– А другого пути нет?
– Есть, – начал Хэки. – Хорошая тропа…
Его слова заглушил неожиданный шум. Все трое застыли на месте.
По долине раздавалось громкое эхо от звуков волынки.
Вот тебе и бессмысленные планы Ангуса.
– Чтоб его черти драли, – прорычал Николас в сердцах. – Я задушу это старого болвана.
– Он делает то, о чем я думаю? – проговорила Виктория.
В ответ на ее вопрос раздался глухой звук.
– Хэки, держи лошадей, – бросил граф, перехватив покрепче вожжи. – Виктория, спускайся.
Конюх соскочил со скамьи и через несколько мгновений держал лошадей под уздцы. Пока Виктория поняла, что делать, лошади уже начали нервничать.
– Ладно, теперь уж просто держись, – мрачно произнес Арнпрайор.
Она вцепилась в подлокотники и с ужасом смотрела, как по снегу пошли трещины. Наконец гигантский пласт отделился и начал спускаться по склону вниз, ревя. Николасу и Хэки едва удавалось сдерживать коней.
Виктория же могла только молиться.
Через несколько минут лавина сошла. Снег завалил перевал в нескольких сотнях футов перед ними.
– Дорога полностью перекрыта? – спросила она, прервав воцарившееся молчание.
Хэки пошел проверить и вскоре вернулся.
– Лавина была не такой уж серьезной, но свое дело она сделала. Дальше ехать нельзя.
– А если расчистить? – спросил Арнпрайор.
– Расчистить-то можно, ежели б у нас было побольше людей и лопат. Но это займет большую часть дня. – Хэки взглянул на небо. – Если тепло сохранится, то через три-четыре дня все растает.
– Часто здесь такое случается? – снова подала голос Виктория.
– Раз-другой, и только зимой, – ответил Ник.
Она вздохнула.
– Тогда, выходит, ваш дед и правда все спланировал. И теперь никто не доберется до них вовремя.
Не будь Виктория в такой ярости, она восхитилась бы хитрым замыслом старика.
Граф буквально излучал гнев.
– Я его удушу за опасность, которой он подверг тебя и Хэки.
– И тебя тоже. Но, подозреваю, он точно знал, где мы находимся, когда вызвал сход лавины.
– Мисс права, сэр, – согласился Хэки. – Я видел старика на другой стороне перевала. Он знал, что мы в безопасности.
Виктории захотелось рассмеяться.
– Надо отдать мистеру Макдоналду должное. Блестящий план, хоть и безумный.
Ник неохотно улыбнулся:
– Я предпочел бы не ехать весь день, чтобы застрять под конец в долине. Ему стоило бы оставить нас в неведении.
– Думаю, записка должна была предупредить нас, прежде чем разгневанные родственники юных леди обрушатся на наши головы.
– Понятия не имею, чего хотел Ангус, и сейчас мне совершенно все равно. Хэки, как по-твоему, тропа вполне пригодна для путешествия?
– Наверное, милорд. Может, чуть занесло снегом, но деревенские пользуются, когда боятся обвала. Ну и самогонщики тоже ее облюбовали.
– У меня на земле еще есть самогонщики? – переспросил граф, явно не веря собственным ушам.
– Простите, милорд, но это так.
– Если я опять застану братьев за этим…
Виктория схватила его за руку:
– Сэр, давайте сосредоточимся на одной проблеме.
Он глубоко вздохнул.
– Прости. Ты права.
Арнпрайор выглядел таким утомленным, что ей захотелось обнять его и утешить поцелуями. Но, к сожалению, она являлась одним из источников его несчастий.
– Ладно, Хэки. Отвези мисс Найт назад, в деревенский трактир, а завтра вернетесь вдвоем в Глазго.
– Я не вернусь в Глазго, – запротестовала Виктория.
– Ты не сможешь пройти, – сказал Ник таким тоном, будто разговаривал с глупцом.
– Почему нет? Я вполне уверенно держусь на ногах, а мои сапоги не хуже твоих.