Виктория была удивлена:
– Правда?
– Ага. Те еще сорванцы были, да. Впустили скот в огород. Порку они заслужили, уверяю вас.
Ник поморщился. Он уже и забыл об этом.
– Но вы с Логаном были хорошими ребятами, – продолжил Томми. – Сильные, добрые. Вам надо бы помнить об этом, лорд.
К счастью, ответа ждать не пришлось, поскольку в этот момент вернулся Логан.
– Все готово.
Виктория встала и отдала стакан Томми.
– Благодарю вас за гостеприимство, сэр, а также за мудрые слова.
Старик поклонился в ответ:
– Спасибо, госпожа. Надеюсь увидеть вас снова. Вы производите очень приятное впечатление.
Мисс Найт поцеловала его в щеку. Томми покраснел. Она явно получила еще одного поклонника.
Они вышли на улицу. Тягловая лошадь, запряженная в повозку, конечно, будет двигаться медленно, но ехать оставалось уже не так далеко.
Логан помог Виктории сесть и накрыл ее толстым клетчатым пледом, позаимствованным у Томми.
– Я еще встречусь с вами, мистер Кендрик? – спросила она.
Изгнанник быстро взглянул на Ника, но тот промолчал.
– Вряд ли, – сказал Логан.
Виктория протянула ему руку.
– Тогда примите от меня благодарность за помощь и наилучшие пожелания.
– Вы слишком хороши для моего упертого брата, мэм.
– Я слишком хороша для любого из вас, – сухо заметила мисс Найт.
Арнпрайор ухмыльнулся брату и взмахнул вожжами, повозка двинулась.
Логан отошел назад и поднял руку на прощание:
– До свидания, Ник. Береги себя.
Ник помахал в ответ и коротко кивнул. Логан разинул рот от удивления и еще долго с задумчивым видом смотрел вслед уезжавшей повозке.
– Тебе холодно? – спросил Ник Викторию спустя несколько минут напряженной паузы.
– Нет.
– Дорогая…
Она резко перебила его:
– Я не хочу говорить об этом.
– Ты даже не знаешь, что я собираюсь сказать.
– Что бы это ни было, я не желаю обсуждать данный вопрос.
Ник вздохнул. Они оба устали и продрогли. Разговоры о будущем, пожалуй, действительно стоит отложить до того момента, когда они перестанут кричать друг на друга, словно торговки рыбой. Если Арнпрайора не подстрелят разгневанные отцы, а Викторию не упекут в тюрьму, со всем остальным они смогут разобраться.
– Слава богу, – произнесла Виктория, когда они въехали во двор Кингласа. – Мне кажется, я никогда не испытывала такого счастья от приезда сюда.
Арнпрайор остановил повозку.
– Впрочем, кто знает, что нас ожидает в замке, – заметил Ник, помогая ей спуститься.
– По крайней мере, там тепло и ты не упадешь в пропасть. – Она с нежностью посмотрела на него.
В это время дверь замка распахнулась и во двор вышли миссис Тэффи, Эндрю и два пса.
– Благие небеса! – воскликнула экономка. – Когда мы услышали о лавине…
– С нами все в порядке, – заверил ее Ник, входя в зал.
Быстро погладив собак, Виктория сняла шляпу и перчатки и передала их Эндрю.
– Прошу, скажите, что юные леди не пострадали.
– Все дамы целы и невредимы, – ответила миссис Тэффи. – Мисс Макбрайд и мисс Пейтон отдыхают в одной из гостиных.
– А леди Эйнсли?
– Она сейчас в комнате мастера Грэма, вместе с остальными участниками… путешествия.
– Почему все там собрались? Что-то случилось? – спросил Ник.
Экономка замялась.
– Мастер Грэм упал и вывихнул ногу.
– Как это ему случилось?
– Он стоял на подножке экипажа, когда старый болван… простите, мистер Макдоналд вызвал сход лавины игрой на волынке. Лошади вскинулись, и Грэм упал.
Виктория прижала руку ко рту.
– Пожалуйста, скажите, что Грэма не переехало колесом, – проговорил Арнпрайор. Его сердце сжалось.
– Нет, слава Господу. Хирург приехал незадолго до вас и сейчас находится у постели мастера Кендрика. Броди там же.
– Главный конюх?
– Да, он вполне хорош в том, что касается вправления костей, – пояснила Тэффи. – Он может помочь доктору.
Ник повернулся к Виктории.
– Можете навестить юных леди и поговорить с ними, пока я займусь Грэмом?
– Конечно.
– Что бы я без вас делал? Благодарю.
Виктория обеспокоенно взглянула на него, и Арнпрайор упал духом. Ему предстоит немало потрудиться, дабы загладить вину перед ней. Но сейчас следовало заняться другими делами.
В комнате Грэма было настоящее столпотворение: хирург, Броди, служанка с горой полотенец, Эйнсли и остальные братья. Когда Ник открыл дверь, все, кроме врача и мисс Мэттьюс, в тревоге уставились на него.
Грэм был очень бледен и явно страдал, хоть и пытался скрыть боль. Доктор измерял его пульс.