– Дай сюда, дурочка, – сказал он и отнял у нее кочергу. – Не надо делать глупостей.
– Именно об этом я тебе все время твержу, – со вздохом произнесла она.
Он поставил кочергу на место, взял Викторию за руки и увел подальше от камина.
– Ты волнуешься из-за своего происхождения? Мы уже это обсудили, – сказал он.
– Но…
– Это вовсе не препятствие, и тебе это прекрасно известно. Признайся, почему ты колеблешься.
Причина была одна и очень простая. Томас Флетчер.
Она боялась потерять уважение графа, увидев, как от ее признания нежность уходит из его взора и сменяется смятением и возмущением. Тогда-то он точно припомнит все причины, почему она не годится ему в жены.
И она потеряет его навсегда.
– Виктория? – мягко спросил он.
– Я… Я отнюдь не святая, милорд. Я совершала поступки, которыми не горжусь, и я не идеальна.
– И прекрасно – я и сам далек от совершенства, – произнес Ник и улыбнулся. – Я не хочу жениться на воплощении всех добродетелей. Сложно представить что-то более скучное.
– Но…
– Дорогая, тебе известно: я и сам совершил много чего, чем отнюдь не стоит гордиться. Ты же не отворачиваешься от меня из-за этого?
– Конечно нет. Ты просто пытался выйти из жутких ситуаций.
– А когда ты совершала те самые поступки, которыми не гордишься, что ты делала?
Виктория вздохнула.
– Пыталась выжить.
– Именно. Теперь скажи, ты когда-нибудь намеренно причиняла вред другим людям или шла наперекор собственным принципам?
– Нет, – честно ответила она.
– Так я и думал. Виктория, очевидно, в твоем прошлом скрываются тревожащие тебя события, и я надеюсь, однажды ты поделишься со мной своими тайнами. Но я уважаю тебя, твою личную жизнь, твои секреты. В конце концов, я и сам утаивал от тебя многое, пока моя проклятая семейка не выдала. Я не принуждаю тебя ни к чему, любовь моя. Я подожду, пока ты не станешь готова открыться мне сама.
Его благодушие заставило Викторию почувствовать себя лживым ничтожеством, в то же время она ощутила огромное облегчение.
– Спасибо, милорд. Я… я очень благодарна.
– Что-то ты не выглядишь очень благодарной, скорее крайне кислой, как выразился бы Ангус.
– Вот как?
– Ага, но я знаю, чем тебя взбодрить.
– Я не… не важно.
Сейчас она сама не могла разобраться в собственных эмоциях. Пытаться объяснить их было бессмысленно.
Ник тихо рассмеялся, сунул руку за пояс и вытащил небольшую коробочку, как от ювелира. Сердце Виктории забилось чаще.
– Еще один подарок, сэр? – Она выдавила улыбку. – В этом нет необходимости. Вы уже столько дали мне, к примеру, это замечательное платье.
– Как же мне долго пришлось тебя уговаривать его принять, – сухо ответил он.
– Неприлично, чтобы ты покупал мне одежду.
Они уже много раз вступали в горячие дискуссии на этот счет. Арнпрайор настаивал, что она должна быть одета, подобающе статусу будущей графини. Мисс Найт сдалась лишь из-за вмешательства Иди и Алека, принявших сторону Ника.
– В таком случае я с радостью избавлю тебя от платья, как только вручу это, – ответил он и открыл коробочку.
У Виктории перехватило дыхание. На темно-красном бархате лежало кольцо с крупной жемчужиной, окруженной небольшими, но не менее прекрасными брильянтами. Виктория никогда не видела таких красивых украшений – столь лаконичных и изящных одновременно.
– Боже правый, милорд, я не могу его надеть.
– Не вижу никаких причин его не надевать, – возразил он, взял ее за руку и надел кольцо на палец.
– Но все решат, будто мы обручены, – заявила она напряженным голосом, словно вот-вот разревется.
– А все и так уже пришли к такому выводу. Почему бы не сделать это официально?
Виктория мгновение колебалась, а затем покачала головой:
– Лорд Арнпрайор…
– Николас, – мягко перебил он и положил ее руку себе на грудь. – Или Ник.
Мисс Найт уставилась в его прекрасное лицо, и сила воли покинула ее. У нее даже защемило в груди – так сильно она его хотела.
– Носи кольцо ради меня, хотя бы одну ночь, – добавил граф, нежно целуя ее в губы.
Виктория обняла его за шею и прошептала:
– Хорошо, Николас.
В его глазах загорелся триумф, он взял Викторию на руки и направился к кровати с балдахином.
Завтра же. Завтра же она напишет Доминику. Она отказывается хранить секреты от Арнпрайора.
Он опустил ее на постель, и в голове Виктории остались только мысли о Николасе.
– Виктория, я собираюсь заняться с тобой любовью. Прямо сейчас, – с соблазнительной хрипотцой в голосе произнес он. – Ты не против?