Она дважды сглотнула, прежде чем решилась ответить:
– Не против. Пожалуйста. Сэр.
Ник рассмеялся. Он снял с нее туфли и запустил руки под юбку, отстегнул подвязки и стянул чулки. Виктория почувствовала возбуждение от прикосновения его больших, сильных рук.
Она начала гладить широкие плечи графа. Он взял ее за подбородок и посмотрел прямо в глаза.
– Виктория, я желаю тебя так, что едва могу сдерживаться, но пойми, я не хочу спешить.
– Я немного нервничаю, – призналась она.
– Просто скажи, если я буду делать что-то, неприятное тебе. Хорошо?
Он был так серьезен, что она не удержалась и улыбнулась.
– Превосходно. Готова выбраться из платья?
Виктория изобразила трагический вздох.
– Да, хотя оно такое красивое, что мне не хочется с ним расставаться.
– Можно и не расставаться, – с лукавой искрой во взгляде ответил Николас. – Правда, оно слегка помнется, прежде чем я закончу.
– Боже, как ужасно, – заявила она с напускным возмущением.
Арнпрайор быстро расстегнул пуговицы на спине и стянул с нее платье и сорочку. Платье он бережно положил в кресло.
– Как же ты прекрасна, – заявил Ник, разглядывая ее.
Виктория залилась румянцем, чувствуя себя немного неуютно под его взором в столь обнаженном виде. Сегодня она надела более… легкомысленное белье. Корсет, украшенный вышивкой и кружевами, весьма выгодно приподнимал грудь.
– Я рада, что ты доволен. Все это обошлось крайне дорого, – в шутку заметила мисс Найт.
– О, оно стоило каждого проклятого шиллинга. И тем не менее придется его снять.
Он расшнуровал корсет, и Виктория откинулась на подушки.
Николас снял килт, лег рядом с ней и принялся целовать ее, лаская каждый дюйм, каждую складочку ее тела…
Когда он вошел в нее, ей было больно, но вскоре боль утихла, уступив место ни с чем не сравнимому чувственному наслаждению.
Они стали единым целым, двигались в едином ритме и вместе достигли пика страсти. Потом, когда она без сил лежала в его объятиях, Арнпрайор посмотрел ей в глаза и спросил:
– Виктория Найт, перед тем как уснуть, скажи, ты согласна стать моей женой?
– Да, согласна, – ответила она, и, тесно прижавшись к нему, погрузилась в блаженное забытье.
Глава 22
– Лорд Арнпрайор, как это чудесно – побывать на тихом семейном ужине, прежде чем вы вернетесь в Кинглас, – произнесла Иди, тепло улыбаясь графу. – Благодарю вас за приглашение.
Арнпрайор поднял бокал:
– А раз уж вскоре мы станем одной семьей, прошу, называйте меня Николас, или просто Ник.
– Семья, – повторила Иди. – Звучит прекрасно, не так ли?
Ник посмотрел на Викторию, сидевшую за столом между Кейдом и Браденом. Поскольку она еще не стала его супругой, место напротив него ей пока не полагалось. Надо заметить, Ангус, занимавший сейчас это место, пытался уговорить Викторию, но она, покраснев, отказалась.
Впрочем, совсем скоро она станет хозяйкой Кендрик-Хауза и Кингласа, и Ник едва мог дождаться радостного момента. Под оболочкой рациональной, сдержанной дамы скрывалась страстная женщина. Что показала недавняя ночь…
– Чудесно, действительно, – ответил он миссис Джилбрайд.
Виктория встретила его взгляд и легонько покачала головой, словно неодобрительно, но когда она повернулась к Кейду, на ее лице светилась счастливая улыбка.
– Везучий вы мужчина, – проговорила Иди. – Виктория поистине замечательная дама. Мы с Алеком ею восхищаемся.
– Да, мне действительно повезло, – сказал граф, снова наполняя ее бокал вином. Ужин был неофициальным, и он мог позволить себе некоторые вольности. – Однако мне чудится предостережение в вашем голосе.
Миссис Джилбрайд рассмеялась.
– О, малюсенькое и дружественное. Алек чрезвычайно о ней заботится. Он, конечно, готов защищать любого нуждающегося, но Виктория теперь одна из нас.
– Понимаю. Но Виктория также и Кендрик – по крайней мере, скоро станет таковой. Каждый из моих братьев готов отдать за нее жизнь.
«И Логан среди них», – промелькнула невеселая мысль.
– Счастлива слышать, но все равно учтите, если с головы Виктории упадет хотя бы один волосок, мое семейство – включая меня – разорвет вас, Николас, на мелкие кусочки. Буквально.
Он чуть не рассмеялся от контраста между серьезностью ее слов и веселым тоном, каким они были произнесены.
– Не очень-то похоже на вас.
– Вы не знаете членов моего обширного семейства, хотя ваше тоже вполне… темпераментное. Наши слуги еще разбираются с безобразиями, учиненными вашим братом на приеме в честь Хогманая.
Ник поморщился. Грант несколько злоупотребил спиртным накануне Нового года, и одна из комнат особняка Джилбрайдов потерпела значительный урон.