– Вы – лорд Арнпрайор? – громко спросил джентльмен, вставая. Его голос довершил образ, сложившийся в голове Ника. Этот человек достиг определенных высот, и обязан этому только собственному труду. Сейчас он буквально излучал враждебность.
– Да, это я, – холодно ответил Ник. – Быть может, теперь вы изволите назвать свое имя и причину, по которой вы позволяете себе прерывать мой ужин.
– Я – мистер Ричард Флетчер. Моя дочь – леди Уэлгейт.
Арнпрайор нахмурился.
– Вы явно узнали имя моей дочери, – заявил Флетчер. – Известно вам об этом или нет, милорд, но вы укрываете убийцу в своем доме. И я требую, чтобы вы немедленно передали мисс Найт в руки мне и властям.
…Она еле могла усидеть на месте спокойно. Ее наполняло такое счастье, что, казалось, оно вот-вот выплеснется наружу и захлестнет все вокруг.
Ее тело определенно изнывало, требуя любви. Она никогда не думала, что отношения между мужчиной и женщиной могут быть такими сильными, такими чувственными.
Граф взял ее со страстью, которую она никогда не забудет, и ласкал с нежностью, освещающей ее душу.
– Мисс, вы выглядите чересчур румяно, – сказал Ангус. – Вы хорошо себя чувствуете?
Ох, как стыдно. Не надо мечтать о Николасе прямо за ужином.
– О, я просто слегка волнуюсь: по какому такому поводу его светлость оторвали от гостей? Надеюсь, все в порядке.
Виктория внимательно наблюдала за лицом старика, на котором застыло буквально ангельское выражение. Обычно это предвещало беду.
– Да не накручивайте себе нервы! Уверен, все обойдется.
– Надеюсь, завтра мы уедем, – проговорил Кейд. – Я скучаю по Кингласу.
– Ха, уверен, мы уедем очень рано, – заявил Грэм.
Грант подавил смешок, и Виктория, прищурившись, взглянула на близнецов.
– Замолкни, Грэм, – сказал Ройал.
М-да. Они явно что-то затевали.
– Значит, скучаешь по Кингласу, парень? Отлично, – весело заметил Ангус. – Мы еще сделаем из тебя настоящего горца.
Кейд закатил глаза.
– Дед, я и так горец, рожден им и воспитан подобающе.
– Ага, так и есть, так и есть, – сказал управляющий, бодро кивая.
– К чему вы клоните? – осторожно спросила Виктория у мистера Макдоналда.
Тот выпучил глаза, изображая оскорбленную невинность.
– Ни к чему, мисс. Что-то вы слишком нервная сегодня.
– Я не… – Она замолчала на полуслове.
В зал вошел дворецкий.
– Его светлость желает видеть вас в своем кабинете, мисс Найт. Капитан Джилбрайд, вас он тоже ожидает.
Виктория вздрогнула.
– Он объяснил, зачем? – спросил Алек.
– Нет, сэр, он лишь попросил, чтобы вы явились как можно скорее.
Если неприятности были связаны с Ройалом или близнецами, то зачем звать Алека?
Виктория задрожала, впервые за день почувствовав холод. Ею завладел страх.
Кейд дотронулся ее руки.
– Виктория, что-то не так?
Она выдавила улыбку:
– О, уверена, пустяки.
– Не звучит, как пустяки, – заметил Ройал.
– Тогда, полагаю, нужно поскорее выяснить, в чем дело. – Алек встал и ободряюще улыбнулся Виктории. – Мисс, пойдемте.
Она с трудом поднялась.
– Я тоже иду, – произнесла Иди.
– Нет, пожалуйста, останьтесь здесь и присматривайте за всем. Мы скоро вернемся, – возразила Виктория.
– Уверены? – с сомнением спросила миссис Джилбрайд.
– Да.
Если Ник желал бы еще чьего-то присутствия, он бы так и сказал.
– Есть догадки? – прошептал Алек, провожая ее по лестнице.
– Я думала, это из-за близнецов, но…
Он остановился и положил руки ей на плечи.
– Что бы ни случилось, не волнуйся. Я защищу тебя, как и Ник.
– Благодарю.
Только бы он оказался прав. Если тут замешан Флетчер, она не знала, как отреагирует на правду Николас. Следовало признаться ему давным-давно…
Хендерсон открыл дверь и объявил:
– Мисс Найт и капитан Джилбрайд, сэр.
Виктория переступила порог первой, но сразу же встала как вкопанная. Алек врезался в нее, но она этого не заметила.
У камина стоял Флетчер и смотрел на нее с яростью и ненавистью.
– Вы полагали, будто можете спрятаться от меня, мисс Найт, и скрыть свои чудовищные преступления от света.
– Прошу, воздержитесь от столь драматических высказываний, мистер Флетчер, – холодно произнес граф. – Проходите, мисс Найт.
Стряхнув оцепенение, она взглянула на своего суженого, и ее сердце екнуло. Арнпрайор выглядел отчужденно, как тогда, когда они только познакомились. Естественно, он был зол. Она солгала ему – человеку, которого любила, который любил ее, который открыл ей собственные тайны.