Лахлан невольно прижался к ее животу и вдруг замер, ощутив биение другой – новой жизни. Это поразило его. Лахлан вдруг осознал, что это его ребенок. Его наследник. Теперь у него есть наследник. Со старой жизнью было покончено, как и со старыми страхами. Навсегда.
Он принялся целовать жену. В его глазах стояли слезы радости и немой благодарности.
Лана открыла глаза, чудесные синие глаза, в которых можно было утонуть, и ласково ему улыбнулась.
– Доброе утро, – растроганно прошептал он.
– С днем рождения, – искренне ответила она, прижимаясь к нему, затем, лукаво усмехнувшись, прошептала: – Старичок.