– Знаете, я все это время рассматривал ваше ожерелье. Какая чудесная вещь! Вы не скажете, откуда оно у вас?
Леди Даннет любовно провела пальцами по украшению и коротко ответила:
– Оно не мое, оно принадлежит Лане.
Неожиданный ответ взволновал его еще сильнее. Опять она. Он повернулся в другую сторону, к Лане.
– А как оно попало к вам?
Под его горящим взглядом девушка слегка покраснела, а затем понимающе улыбнулась:
– Это семейная реликвия. Оно досталось мне от матери. А к ней оно перешло от ее бабушки, а к той – от прабабушки.
– Очень интересно, – как всегда, некстати влез в их разговор Дугал. Но на него никто не обратил внимания, как будто его вовсе не было за столом.
– В нашем роду поговаривают, что оно принадлежало самому Макалпину, – заметила Лана.
Да, вот оно! Наконец оно нашлось.
– Какому Макалпину? – Дугал был очень назойлив.
Лана выпрямилась, но, отвечая, обратилась к Лахлану:
– Макалпину Кеннету. Первому королю Шотландии.
Конечно, было бы весьма опрометчиво сразу поверить в столь неожиданное чудо, но охватившее Лахлана возбуждение пробудило в нем надежду.
– Можно… мне… взглянуть на него поближе? – произнес он сорванным от волнения голосом.
– Конечно. – Леди Даннет нагнулась к нему.
Лахлан осторожно взял кулон пальцами, делая вид, что ему нет никакого дела до груди мисс Даннет, так как чувствовал на себе пристальный взгляд ее мужа.
Едва коснувшись камня, Лахлан сразу его узнал. Это он – кусочек древнего креста, тот самый, который безуспешно на протяжении нескольких веков разыскивали герцоги Синклеры. Пальцы его задрожали, он медленно перевернул камень и увидел похожие на руны значки на его обратной стороне. Это подтверждало его правоту.
У Лахлана перед глазами все расплылось, надежда буквально его ослепила.
Дугал наклонился вперед над столом:
– Это то, что вы так долго искали?
– Вот именно, – кивнул Лахлан и перевел дыхание. – Это кусочек древнего креста.
– Какого креста? – поинтересовалась леди Даннет и не спеша отклонилась назад.
Лахлан неохотно, не сводя с него глаз, выпустил кулон из пальцев. Камень манил его, словно огонь ночных мотыльков. Теперь Лахлану хотелось только одного: взять его, получить, чтобы обладать им.
– Креста Макалпина, который принадлежал моим предкам. Этот крест купил Эдуард Длинноногий, он разломал его, а кусочки выбросил в море. Из-за этого на наш род пало проклятие. Я долго его искал. Мой долг – восстановить крест.
Лахлан повернулся к Лане, своему ангелу, спасшему его. Прежде он недоумевал, почему она являлась к нему во сне, потом удивился их неожиданному знакомству, и вот теперь все стало совершенно ясно. Его сердце преисполнилось глубокой благодарности, он обретал надежду на спасение, он уже верил в свое исцеление. От радости и сильного волнения на его глазах выступили слезы. Лана его спасет! Открыв ему правду о смерти матери, она тем самым уничтожила его давнишнюю к ней неприязнь, а теперь она поможет ему снять страшное проклятие. Навсегда.
– Не отдадите ли вы его мне? – Он почти молил ее и в душе был практически уверен, что она ему не откажет. Понимая, что его спасение в ее руках, она не сможет отказать. У нее доброе сердце. Вот сейчас он услышит…
– Не отдам.
Коротко и ясно.
Лахлан опешил, он совершенно не ожидал подобного ответа. Он растерянно взглянул ей в лицо, как бы спрашивая, не ослышался ли он. Может, это всего лишь какое-то недоразумение?
Или все-таки нет?
Лана с невозмутимым видом встретила его взгляд:
– Эта вещь уже несколько веков принадлежит нашей семье. У меня нет никакого желания с ней расставаться.
Лахлан был повергнут и смят.
– Мисс Даунрей, – продолжил он в отчаянии ее умолять, – вы, наверное, не представляете себе огромную важность, которую для меня имеет эта драгоценность!
– Напрасно вы так думаете. Я очень хорошо понимаю ее ценность для вас, – рассудительно и неторопливо проговорила она. – Если я в чем-то ошибаюсь, поправьте меня. Итак, это уцелевший кусочек креста Макалпина. Вы рассчитываете с его помощью избавиться от семейного проклятия, хотя вряд ли такое проклятие существует на самом деле. Тем не менее вы думаете, что, получив камень, вы это проклятие снимете. – Лана любезно улыбнулась: – Все верно, не так ли?
– Да, верно. – Он стиснул зубы, стараясь держать себя в руках.
– Хорошо. Эта вещь вам действительно очень нужна?
Что-о?
А он еще считал ее ангелом! Ему хотелось броситься на нее и задушить, или отшлепать как следует… или обнять и осыпать поцелуями.