Казалось, что его душа разрывается на две половины: разумная логическая сторона неустанно напоминала ему о том, кто он такой и что его ожидает скорый конец, тогда как другая являлась полной ее противоположностью – то был не человек, а голодный свирепый зверь, который был готов на все, лишь бы овладеть этой девушкой.
– Не подходишь?
– Нет, не подхожу.
В его словах сквозило отчаяние.
– Твое «нет» означает отказ?
– Ничего не поделаешь, – с ужасом ответил Лахлан.
– Ясно.
По глазам Ланы было видно, как она огорчена и расстроена, из них на него глядела ее обиженная, ранимая душа. Это его обезоружило.
– Что тебе ясно?
– Ты же герцог.
– Ну и что?
– Значит, я тебе не пара.
Черт, он совсем не это имел в виду!
Она повернулась, собираясь уйти, но он не позволил ей это сделать, схватив ее за руку.
– Нет, Лана, постой. Ты ничего не поняла.
– Мне все понятно. Все хорошо, Лахлан. Не переживай, огромное тебе спасибо за поцелуи.
Ее голос звучал ровно, вежливо, но, как Лана ни старалась, она не могла скрыть болезненного отчаяния.
– Лана.
Между ними выросла стена, и он с разбега бросился на эту стену. Нельзя было позволить ей замкнуться, уйти в себя. Но нужные слова никак не приходили в голову.
И тогда он нежно обнял ее и поцеловал. Он вложил в поцелуй всю свою страстность, нежность, надежду и омраченные отчаянием мечты. Сперва ему казалось, что это их последний прощальный поцелуй. К счастью, это было заблуждение. Когда они оторвались друг от друга, стало ясно: это не конец, это только начало.
На следующее утро Лахлан почувствовал себя на удивление свежим и выспавшимся. Спускаясь вниз в столовую, он вдруг понял, что ночью у него не было никаких видений, а сны, которые он видел, были во всех отношениях очень приятными.
Может, ему и впредь не стоит пить приготовленный Дугалом пунш?
Улыбаясь, он вошел в столовую. Но как только он увидел Лану, его улыбка стала еще шире и радостнее.
Она сидела, освещенная утренним солнцем, на коленях у нее расположился кот, и она осторожно кормила его кусочками мяса. Осторожно, потому что кот своим свирепым видом и размерами больше походил на маленькую рысь и легко мог откусить палец.
– Доброе утро, ваша светлость. – Лана подняла глаза и улыбнулась Лахлану в ответ.
Лахлан про себя поморщился, столь официальное обращение его покоробило. Но он тут же нашел ему оправдание – в столовой они были не одни.
– Мисс Даунрей. – Лахлан вежливо поклонился Лане, затем ее сестре. – Леди Даннет.
Последняя шумно вздохнула:
– Ваша светлость, вы позволили Александру звать его по имени. В таком случае, может, вы так же будете называть меня просто Ханна?
Лахлан улыбнулся: леди Даннет сама шла навстречу его тайным желаниям. Формальное обращение в кругу друзей, – а семейство Даннетов он уже считал друзьями – его тяготило.
– Мне нравится ваше предложение, хм… Ханна.
Лана коротко хихикнула:
– А как же я? Ваша светлость, тогда тоже зовите меня по имени – Лана.
Ханна кисло поморщилась:
– Я уже говорила, мне совсем не по душе твоя идея.
– Почему? Мне обидно! Тебя можно звать по имени, а меня нет?! Где же справедливость?
– Ты девушка и не замужем.
– Не улавливаю, в чем тут дело.
– Ах, ты не улавливаешь?! – рассердилась Ханна.
– Нет, не улавливаю.
Лахлан про себя улыбнулся. Взаимная пикировка двух сестер его забавляла. Он видел, как Лана намеренно, но совсем не грубо подразнивает сестру.
Он уселся за стол и принялся завтракать, взяв яйца и кое-что из мясного.
– Что вы собираетесь делать сегодня, Лахлан? – с улыбкой обратилась к нему Лана. Пробный ход на виду у всех, несмотря на явно недовольный вид сестры, которая даже что-то буркнула себе под нос.
Не успел Лахлан открыть рот, чтобы ответить, как позади него раздался голос Дугала:
– Мы собираемся вернуться назад в Акерджил.
– Но ведь вы только что приехали, – с прежней улыбкой, обращаясь к Лахлану, отозвалась Лана. По ее глазам он понял, что Дугал расстроил ее и даже напугал. А ему вовсе не хотелось уезжать отсюда, он и не собирался это делать, по крайней мере в ближайшие дни.
Будь его воля, он остался бы здесь навсегда.
Лахлан строго посмотрел на Дугала, который в этот миг как раз садился за стол, но тот не обратил на него внимания.
– Нам пора. Мы и так задержались. Не стоит злоупотреблять вашим гостеприимством.
– Я не собираюсь никуда уезжать. – Лахлан вопросительно посмотрел на Ханну. – Если мы вам еще не надоели, то я бы с удовольствием остался.