Заняв свое место напротив Натали, он с иронией посмотрел на нее.
– Да, конечно, я не буду счастлив до тех пор, пока ты не возьмешь на себя все тяготы моей жизни, все эти заботы и не позволишь мне вести распутный образ жизни, – язвительно произнес он. – Ты согласна устроить мне такую жизнь, милая?
Натали укоризненно посмотрела на него и коснулась его рукава.
– Райдер, я в самом деле ценю тебя и твои усилия, так что твоя ирония здесь не уместна, – произнесла она с нежной улыбкой.
В знак признательности он сжал ее пальцы, тем не менее продолжал хмуриться. Какое-то время они молчали.
– Итак, мы снова в тупике, – высказала она вслух свои мысли.
– Вполне возможно, – уклончиво ответил он.
Брови Натали сошлись на переносице, выдавая ее напряженные размышления.
– Что мы теперь сможем сделать, чтобы найти следы контрабандистов? – высказала она свои мысли вслух. – Весь район Ист-Энд – скопление причалов и фабрик. Будем ходить от фабрики к фабрике, от причала к причалу?..
Райдер пристально посмотрел на нее, и в его взгляде отразилась непоколебимая решимость.
– Нет, Натали, ты не пойдешь, – твердо сказал он. – Ты, моя дорогая, больше не будешь здесь заниматься поисками.
– Почему? – удивилась Натали. – Я же занималась этим в Чарлстоне.
– Там все было иначе, – попытался объяснить он. – Чарлстон – спокойный, провинциальный город. А Лондон – это клубок безумия, порока и опасностей, где за любым углом можно встретить грабителя или убийцу. Нельзя подвергать тебя всем этим опасностям. Поэтому я настаиваю, чтобы ты позволила мне в дальнейшем самому заниматься поисками.
– Ну, нет! – возмутилась она. – Я не позволю тебе запрещать мне…
– Все-таки я это сделаю, Натали! – повысил голос Райдер, все более распаляясь. – А если ты вздумаешь выйти вечером на лондонские улицы, то я просто отшлепаю тебя.
Натали сделала энергичный жест рукой и в отчаянии топнула ногой. Ее взгляд выражал негодование и протест.
– Почему это ты вдруг стал таким строгим и неумолимым по отношению ко мне?
– Я неумолим только в том, что касается твоей безопасности.
– Ну хорошо, в таком случае я пойду с тобой.
– Нет.
– Райдер, я настаиваю!
– Черт побери, мою мать убили на лондонских улицах вечером! И я не допущу, чтобы тебя постигла ее участь.
Гнев Натали сразу же улетучился. Она поняла, что он оберегает ее, заботится о ней и прониклась к нему чувством признательности. В такой обстановке лучше было не настаивать.
– Извини, Райдер, – негромко произнесла она.
Он вздохнул, взял ее руку в перчатке и внимательно посмотрел ей в глаза.
– Вот что, дорогая, давай сделаем так, – предложил он. – Днем мы будем вести поиск вместе. А вечером, если ты мне позволишь, я буду заниматься этим сам.
– Такая сделка мне кажется нечестной, – возразила она.
– Увы, ничего другого я предложить не могу, – пожал он плечами.
– Конечно, ты всегда выбираешь себе самое лучшее, – недовольно пробормотала она.
В своей обычной манере шутить Райдер подмигнул ей и улыбнулся.
– Как всегда, милая.
– Ну ты и повеса!
С этими словами Натали вскочила и набросилась на него с кулаками. Рассмеявшись, он сжал ее запястья, повалил на сиденье и крепко, с наслаждением поцеловал ее.
В тот вечер, когда Гарри Хэмптон шел по грязному сырому переулку в Ист-Энде, его внезапно схватили и затащили в подворотню. Сильная рука держала его за шею мертвой хваткой. Сначала он пытался яростно бороться с нападавшими, но, почувствовав у своего виска холодный ствол пистолета, прекратил борьбу.
– Бери мой кошелек и убирайся! – выкрикнул он. – Кошелек в нагрудном кармане.
– Успокойся, Хэмптон, – произнес вдруг знакомый голос и его отпустили.
Гарри обернулся, чтобы взглянуть на того, кто держал его мертвой хваткой.
– Ньюбери! – воскликнул он изумленно. – Боже мой, ты что, собираешься меня убить.
– Извини, – громким шепотом произнес Райдер, виновато улыбаясь. – Кажется, я немного погорячился после того, как сам тут подвергся нападению грабителя. Кроме того, мне пришлось отвергнуть несколько предложений дам с плохой репутацией и поспорить с одним очень неприятным котом за право находиться на этой территории.
Даже в темноте подворотни было видно, что глаза Гарри округлились от удивления.
– Что за чертовщина, Ньюбери? – изумленно спросил он. – Ты посылаешь мне записку с просьбой встретиться с тобой в этой опасной части города в полночь, а когда я пришел, ты набрасываешься на меня и душишь.
– Еще раз извини, Гарри, – прозвучала искренняя просьба друга. – Мне показалось в темноте, что ты – еще один грабитель или контрабандист.
– Контрабандист? – недоуменно произнес Гарри.
Он внимательно оглядел отвратительную улочку, на которой они стояли, скользнул взглядом по обшарпанной двери, освещенной желтым светом газового фонаря.
– Боже, это похоже на фабрику твоего отца.
– А это и есть фабрика моего отца.
– В таком случае, что мы здесь делаем?
– А ты еще не понял? Ищем контрабандистов.
– Контрабандистов? На фабрике твоего отца?
– Говори, пожалуйста, тише, иначе ты привлечешь сюда еще несколько воров и негодяев.
– Извини, буду говорить шепотом. Так, почему это ты ищешь контрабандистов рядом с фабрикой отца?
Райдер тяжело вздохнул и внимательно посмотрел в лицо приятеля.
– Хэмптон, если ты когда-нибудь разболтаешь то, что я тебе сейчас скажу…
– Пожалуйста, не показывай, Ньюбери, больше свою силу. В этом нет необходимости.
Райдер, довольный, хмыкнул.
– Ты, конечно, знаешь о ситуации, в которой оказалась Натали?
– Да. Контрабандная поставка тканей в Чарлстон, пропавшая тетя и все остальное.
– Так вот, я уверен, что контрабандный товар поступает с фабрики моего отца.
– Что ты говоришь! Но откуда такая уверенность?
– В Чарлстоне Натали показала мне образец контрабандной ткани. Так вот, выработка основы на ней та же, что и на фабрике Ремингтона.
– Черт возьми, это ужасно!
– Конечно, ужасно.
– Натали об этом знает?
– Еще нет. К счастью, когда мы с ней были на этой фабрике, она не видела конечного продукта. И потом, без своих очков она полуслепая… Хотя меня видит хорошо.
– Правда?
В голосе Гарри прозвучали нотки, не имевшие никакого отношения к производству и контрабанде тканей, и Райдер решил отойти от этой скользкой темы. Он негромко откашлялся.
– В Лондоне ткани с фабрики Ремингтона можно увидеть в магазинах, так что скоро Натали уловит связь между ними и контрабандой в Чарлстоне, – сказал Райдер.
– Понятно, – пробормотал Гарри. – В этой перспективе мало приятного для честного герцога Мэнсфилдского, не так ли?
– Это уж верно, – согласился Райдер. – Только поэтому я еще не сказал ей о своих подозрениях. Полагаю, в моем сердце еще живы какие-то понятия о чести семьи, преданности семье… Сумасшедшая девчонка уже сегодня могла бы оказаться в гуще событий.
– Ты намерен ее вовлечь даже после того, как ты потерял мать на Лондонском мосту? – с непривычными для него нотами сострадания спросил Гарри.
– К сожалению, да, – сдавленным голосом ответил Райдер.
Гарри внимательно посмотрел на приятеля и покачал головой.
– А что ты намерен предпринять?
– Собираюсь сам найти банду контрабандистов.
– Поэтому ты и пригласил меня сюда, в эту кромешную темноту, где мы рискуем жизнью?
– Если бы ты был контрабандистом, ты занимался бы своим делом среди белого дня?
– По правде говоря, не знаю. Знаю только, что в этом проклятом месте темнее, чем в могиле короля Генриха.
– У нас есть только эта отправная точка. Хотя, наверное, можно было бы кое-что узнать и в пивных, что рядом с портом. Кто-нибудь из местных наверняка проболтался бы. Ясно, что у одного из членов банды должно быть судно.
– Полагаю, что так. А кто на фабрике может возглавить банду контрабандистов?