Выбрать главу

Фабио

Влюбленный повеса

Глава 1

Южная Каролина, Чарлстон.

Март 1821 года.

Маркиз Ньюбери Райдер Ремингтон окинул взглядом грязную таверну и увидел ту, кого он желал больше всего, – девушку с рыжими, яркими, как пламя, волосами.

Этим прохладным весенним вечером в таверне на Трэд-стрит было шумно. Висевший над самыми столами плотный кислый дым смешивался с запахом немытых тел, зловонием дешевого табака и прокисшего пива, с тошнотворным смрадом тушеной баранины, которая слишком долго стояла на горячей плите. Таверну наполняли разнообразные звуки. Из соседней комнаты доносился стук бильярдных шаров; что-то пронзительно выкрикивали французские моряки, поссорившиеся во время игры в фаро; в другом конце комнаты радостно вопили мужчины, приветствуя каждое точное попадание дротика в доску с изображением мишени. Все эти звуки доносились до Райдера Ремингтона, но он их не слышал.

Все внимание Райдера было сосредоточено на миловидной девушке, которая как раз наливала грог в кружки троим бородатым неопрятным морякам. Каждый раз, когда девушка со своим оловянным кувшином наклонялась над кружкой, Райдер мог видеть ее округлую грудь. И им, вопреки его воле, овладело вожделение. Он стал внимательно рассматривать ее, и с удовольствием отметил ее приятные формы. Их удачно подчеркивало муслиновое платье с низким вырезом, пестрой юбкой и белым корсажем. На лице выделялись блестящие, смеющиеся глаза и пухлые розовые губы. Овальные ямочки украшали щеки. Ярко-рыжий цвет ее волос показался Райдеру немного неестественным. Из высоко заколотых завитушек выбилось несколько прядей.

После того, как девушка наполнила грогом все три кружки, один из троих, с заскорузлым лицом, схватил ее и посадил себе на колени. Райдер вскипел и едва не вскочил со своего места с намерением осадить наглеца, но он сразу же погас, как только услышал игривый смех девушки. Маркиз Ньюбери ощутил острое чувство досады, увидев, что девушка бесстыже обвила руками шею старого моряка и чмокнула его в дубленую щеку. Ясно: эта дамочка не нуждалась в спасении; судя по ее манерам, она относилась к сезонным шлюхам.

– Я говорю тебе, Райдер, сегодня здесь ужасно скучно, – капризно произнес сидевший рядом с Райдером Ремингтоном Гарри Хэмптон. – Давайте-ка пойдем все к мадам Хлое, как на это смотришь?

Райдер повернулся к Гарри, подумав о том, что тот всегда был самым нетерпеливым в их компании. Вместе с Гарри на Райдера выжидательно смотрели Ричард Спенсер, Джордж Эббот и Джон Рэндольф. Все пятеро приятелей четыре года назад покинули Англию и оказались в Америке. Их объединяло то, что все они относились к титулованным аристократическим родам, все жаждали приключений. Все эти годы они бесцельно путешествовали по Америке, ведя жизнь повес и кутил. В «злачном» Чарлстоне они оказались прошлой осенью, решив остаться в нем на все то время, пока буйствует весна, царят веселье и радость. А с наступлением «больного сезона», когда город изнывал под гнетом малярии и желтой лихорадки, повесы намеревались отправиться куда-нибудь еще на поиски любовных забав и приключений.

Сейчас Райдер обдумывал предложение Гарри наведаться в бордель мадам Хлое, который находился поблизости в переулке Симмонса.

– Что желают прочие джентльмены? – спросил Райдер, обведя взглядом приятелей.

– По-моему, понятно, чего мы желаем, – подняв свою кружку, произнес опьяневший Джордж.

– Меня что-то потянуло к девкам, – уточнил Ричард мысль приятеля. – Может быть, Опал сегодня свободна. Ее хватит, чтобы удовлетворить всех нас. А, парни?

– Что, всех пятерых одновременно? – спросил Джордж заплетающимся языком.

Приятели разразились вульгарным хохотом. Райдер между тем не переставал наблюдать за девушкой в другом конце помещения. Он видел, как, чмокнув моряка в щеку, она соскользнула с его колен и продолжила обход с кувшином грога. От взгляда молодого повесы не ускользнуло, что при ходьбе рыжая слегка покачивала бедрами, которые соблазнительно вырисовывались своей округлостью. На Райдера снова нахлынула горячая волна желания, да такого сильного, что он непроизвольно облизнул вдруг пересохшие губы.

– Почему бы вам, друзья, еще не посидеть здесь? – произнес Райдер, вытягивая между тем шею, чтобы получше рассмотреть соблазнительную девушку. – Я бы предпочел еще задержаться в этой таверне.

Повесам не требовалось долго объяснять, все четверо почти одновременно повернули головы в ту сторону, куда смотрел Райдер, и стали со знанием дела рассматривать рыжую девушку.

– Между прочим, раньше я ее здесь не видел, – вполголоса произнес Гарри.

– Ее личико дает основания считать, что лорд Ньюбери с удовольствием усадил бы эту милую девушку на свои колени, – высказал свое мнение Джордж.

– Похоже, что маркиз заряжен и нацелен, осталось только… – насмешливо заметил Джон.

– М-да, еще одна несчастная девица, обреченная на тоску после нескольких часов, проведенных на… мачте Райдера, поднимаемой и опускаемой штормовыми волнами, – с усмешкой произнес, наконец, Ричард.

Чувствовалось, что вульгарные шутки приятелей вызвали у Райдера легкое раздражение.

– Ах, оставьте меня в покое, – произнес он, с трудом сдерживая себя. – Идите лучше к Хлое, там ваш юмор несомненно оценят.

– И пропустить самое интересное в таверне? – спросил Гарри. – Ну уж, поищи простаков в другом месте.

Соединив два пальца в кольцо, Гарри вложил их в рот и громко свистнул. Джордж, Ричард и Джон тоже дружно и громко засвистели. Рыжая посмотрела в их сторону, и все четверо замахали руками, давая ей знак подойти.

Натали Десмонд (так звали рыжую девушку) как раз собиралась выйти из помещения, чтобы наполнить кувшин грогом, но громкий свист и хриплые крики подвыпивших гуляк привлекли ее внимание и вызвали чувство раздражения. Она посмотрела в их сторону, в дальний угол таверны. Трое махали руками и вопили, как ненормальные, а двое просто уставились на нее и молчали. Этих кутил она, слава Богу, раньше здесь не видела, но и одного взгляда ей хватило, чтобы понять, что они за птицы и откуда прилетели. Ясно, что это англичане – богатые, беспечные денди, прожигающие деньги, время и жизнь. Натали стало досадно, что ее отвлекли от работы, которую она выполняла весь вечер и которую считала сейчас самой важной.

Конечно, она могла бы махнуть на этих гуляк рукой и пойти за грогом, но не хотелось подводить свою напарницу Сибилу, которая обязана была обслуживать посетителей как раз в том углу, но сейчас куда-то отлучилась. К тому же, мелькнула мысль, что эти гуляки, может быть, чем-то помогут ей. Натали вздохнула и направилась в сторону свистунов.

Подойдя к их столику, она быстро окинула взглядом каждого из пятерых. Сразу же выделила мысленно самого рослого и привлекательного. Вопреки своему женскому самолюбию Натали должна была признать, что он хорош собой во всех отношениях. Хотя он сидел, не вызывало сомнения, что это гигант, к тому же, великолепно сложен. Его загорелые руки оказались красивой формы. На одном из пальцев поблескивала массивная печатка высокосортного золота. Это лишний раз подтвердило предположение Натали, что джентльмен принадлежал к английской «золотой молодежи». Впрочем, это чувствовалось по его внешности и манере держать себя. Черные как смоль волосы лежали на плечах с изысканной небрежностью. Аристократизм сквозил в каждом его движении. А лицо! Голубые, бескрайние, будто океан в ясный весенний день, глаза, прямой нос, высокие скулы, четко очерченный подбородок и хорошо обрисованные губы – такую внешность мог позволить себе не только генерал, но и сам король. Натали окинула взглядом его широкие, мощные плечи и скользнула глазами ниже, на грудь. Верхние пуговицы белой, ниспадавшей мягкими складками рубашки оказались расстегнуты, и отчетливо просматривалась бронзовая от загара мускулистая грудная клетка. Это чуть обнаженное, красивое, сильное мужское тело вызвало у девушки непроизвольное возбуждение. Между тем джентльмен пристально смотрел на нее, и по взгляду чувствовалось, что он знает силу своей мужской власти и привык к роли победителя женщин. Натали невольно вздрогнула под этим взглядом, но тут же постаралась скрыть свое замешательство. Не хватало еще, чтобы этот распутник догадался о впечатлении, которое произвел на нее своей торжествующей мужественностью. Нельзя было также позволить ему заметить, что она здесь новенькая. И Боже упаси, дать ему хотя бы малейший намек на то, что она играет сегодня в опасную игру и вообще занимается совершенно не своим делом.