Выбрать главу

Диана Рейдо

Влюбленный Робинзон

Пролог

«Боракай, один из филиппинских островов, не слишком велик. Зато его пропитывает невероятное ощущение свободы. Мало того, что эта местность необыкновенно красива. Прозрачная бирюзовая вода, манящий к себе песок Белого пляжа, стройные раскидистые пальмы… На этом островке велик выбор развлечений – бары, рестораны, дайвинг-центры.

Отели и лавки на Боракае держат люди, съехавшиеся на остров со всего света – англичане, швейцарцы, австралийцы, канадцы… Каждый из них когда-то приехал сюда на пару недель, да и застрял… навсегда. Осевшие путешественники открывают здесь бары или школы серфинга либо просто наслаждаются босоногой жизнью. Местные жители, филиппинцы, добывают жемчуг и промышляют рыбной ловлей.

Скучно сидеть в баре или бродить по лавкам весь день? Можно отправиться на лодке к другим островам, спуститься в пещеру, которая может таить в себе сокровища пиратов, нырнуть в коралловых рифах…»

Дэн с небрежной досадой откинул в сторону глянцевый журнал, оставленный на скамейке в парке какой-то забывчивой девушкой. Тоже, наверное, читала про этот сказочный остров. Так впечатлилась, что забыла прихватить с собой увесистый томик глянца. Для таких, как она, журналистки и пишут в восторженном стиле все эти отзывы про острова, побережья, неземной красоты туры. Интересно, действительно ли Боракай таков, как его описывают?

Дэн усмехнулся. Коли так, самое место там влюблённым парочкам. Ну, и ещё тем сумасшедшим, которые готовы променять всё, что у них имеется на большой земле, на постоянное ощущение безделья, лености и релакса.

1

В Лондоне, как это частенько бывает, моросил мелкий дождь.

Дэн Робинсон с утра проявил непростительную для англичанина небрежность: он не позаботился захватить с собой зонт. Утренний туман, нисколько его не побеспокоивший, к вечеру сменился промозглой моросью. В тяжёлых тучах цвета свинца не было ни малейшего просвета.

Нырять в подземку, однако, Дэну не хотелось. Там его должны были встретить все те же серые лица, унылые физиономии, чёрные плащи, коричневые пальто, зонтики, с которых лениво капает или даже стекает вода…

Но и такси Дэну ловить не хотелось. Сейчас он только настоится по пробкам, пока стрелки на часах не сдвинутся к вечеру и движение не станет менее интенсивным.

Собственно говоря, а куда ему спешить?

Рабочий день был успешно закончен. Дэна не ждали какие-то особенно важные или интересные дела. В перспективе было чтение вечерней газеты, но вполне можно было ознакомиться с новостями и в Интернете. Заняться приготовлением нехитрого ужина? Разморозить пиццу, запечь картофель или отважиться на отбивную?

Нет. Не сегодня. Лучше он зайдет в какой-нибудь бар, пропустит кружечку пива.

Но только небольшую. Дэн был из тех парней, кто предпочитает держать себя в форме. По вторникам и четвергам он играл с сослуживцами в корпоративный баскетбол. По утрам понедельника он выбирался в бассейн, чтобы проплыть туда и обратно по водной дорожке не менее сорока раз, а потом появиться в офисе свежим, бодрым, полным сил и энергии. Этот маленький секрет он не собирался выдавать машинисткам из своего офиса, которые обычно до завтрака были вялы, хмуры и не слишком-то привлекательны.

Зато после первых чашек кофе офис начинал шевелиться. По коридорам бегали курьеры и секретарши, разносящие кипы почты. Весь цивилизованный мир давно привык пользоваться услугами электронных сервисов. Зато в плотных бумажных конвертах доставлялась реклама (буклеты, листовки, плакатики), подписанные договора, утвержденные кипы проектной документации, а также специализированные издания – газеты, журналы, брошюры…

Клерки доставали и съедали принесенные с собой из дома сэндвичи с тунцом, зеленым салатом и беконом. Девушки жеманно хрустели хлопьями, утверждая, что всем видам завтраков предпочитают полезные. Дэн искренне не понимал, почему эти девицы в таком случае не варят себе с утра на общей кухне овсянку. Бабушка Дэна внушала ему, что для пищеварения и цвета лица трудно придумать что-то лучше овсянки. Тем самым она внушила внуку отвращение к этой нехитрой пище на всю оставшуюся жизнь.

После сгрызенных хлопьев девицы запивали все это дело минеральной водой, а потом украдкой принимались краситься. Некоторые до сих пор не оставляли надежды устроить свою личную жизнь на работе. В ход шла тушь для ресниц, подрисовывание бровей тенями, тщательная обводка контура губ и дальнейшее заштриховывание их телесного, бордового или цвета фуксии помадой.

Несмотря на все дамские ухищрения, Дэна мало привлекали их конторские девицы. Во-первых, он был против романов на работе. На словах все остальные тоже были как будто бы против. Провозглашалось, будто личные отношения противоречат корпоративной этике. Однако кое-кто ухитрялся встречаться тайком. Отношения эти редко имели серьезное продолжение. И что самое смешное – в курсе этих интрижек был почти весь офис. Их обсуждение было такой же насущной проблемой, как разбирательство по косточкам вчерашнего футбольного матча или событий из самого популярного в данном сезоне сериала.

Дэна же не могли совратить с пути истинного ни робкие медленные танцы на корпоративном вечере, ни тесное прижимание девичьих коленок к его разбитым на баскетболе коленям под столом на важном совещании по очередному проекту, ни затейливые заигрывания по местной электронной почте.

Вообще проектное бюро, в котором Дэн работал, не испытывало недостатка в молодых и деятельных сотрудниках (и сотрудницах). Поэтому, когда коллеги время от времени переводили дух, отрывались от работы, от своих компьютеров, вспоминали о том, что они все-таки живые люди, оглядывались вокруг, могли вскипеть страсти. Страсти, правда, кипели сдержанно и не выносились на всеобщее обозрение. Потом понемногу проходили.

Впрочем, коллеги все равно оказывались в курсе произошедшего.

Но Дэну были не слишком интересны местные конторские девушки. Более того, он уже начал подозревать, что и лондонские жительницы по большому счету не вдохновляют его. И дело было не только во внешности…

На вкус Робинсона, в них было слишком много чопорности, манерности, при этом определенно не хватало огня, живости и задора. Нет, конечно, и его коллеги могли отправиться в ночной клуб посреди рабочей недели, но скорее потому, что «это модно и так положено», а не по велению души и сердца.

Время в конторе то тянулось, то пролетало мгновенно, в зависимости от того, в каком состоянии находился проект, по которому на данном этапе велась основная часть работ. Иногда Дэн выматывался за день настолько, что не спасала и игра в баскетбол. Иногда выходило, что он даже забывал про обед. Так, например, случилось и сегодня.

Дэн понял, что не хочет лезть в подземку еще и потому, что не доберется до дома живым и не умершим от голода. Страшно хотелось есть. Самым благоразумным вариантом было заскочить в какое-нибудь бистро или ресторанчик быстрого питания.

Но был вечер, и почти все ресторанчики были переполнены. Дэн заглянул в уйму бистро в центре, прежде чем ему посчастливилось наткнуться на простенькую закусочную, где основу меню составляли яичницы с беконом, омлеты с грибами, жареные на гриле сардельки, сосиски и отбивные.

Дэн уселся в угол за один из двух свободных во всем заведении столиков, заказал себе двойную порцию яичницы с грибами, пару сарделек, крепкий черный чай с лимоном. Заказ принесли, учитывая массу людей в закусочной, практически мгновенно. Дэн с энтузиазмом и зверским аппетитом принялся за еду, надеясь, что никого не напугает своим слишком уж плотоядным выражением лица.

Жадность Дэна его же и сгубила. Как только он проглотил все, что лежало перед ним на двух тарелках, кровь отлила к желудку, и в сон потянуло с неимоверной силой. Дэн понял, что рискует уснуть прямо здесь и прямо сейчас.

Конечно, нельзя было позволять себе такого на публике, а тем более – в общественном месте. Но что делать? Ловить такси и отсыпаться уже в машине?

Дэн, уже чуть ли не спотыкаясь, вышел из закусочной, к счастью, не забыв расплатиться.