― А вот на моей родине иначе! Дети от рабынь не считаются бастардами. И они могут стать и беями, и султанами. Ведь дети рождены от знатного отца, и какая разница, кто их мать! ― с удовольствием похвасталась сарацинка.
― Знаешь, дорогая, всякой уважающей себя женщине нужно вот что: во-первых: было бы неплохо, если бы муж был молод, здоров и хорош собой. Во-вторых, он должен любить ее! И. конечно, каждая из нас была бы рада, если бы он оказался умелым любовником! ― кокетливо щебетала рыжеволосая красавица. ― Но самое главное, ― он должен иметь положение в обществе и обеспечить детям достойное будущее. А также содержать семью в достатке. Конечно, это высокие требования, и скорее всего, придется в чем-то уступить. С большим трудом, но можно простить ему, если он будет немолод, нехорош собой, и даже плох в постели. Но все остальное очень важно. Аксель же, наоборот, молод, здоров, не урод, богат, и неутомим в постели, как ты говоришь.
― А разве этого мало? ― высказала свое мнение Сусанна.
― Наложница не имеет ни уверенности в завтрашнем дне, ни достойного положения в обществе. И что будет, если я ему разонравлюсь? Подарит какому-нибудь своему дружку? ― Шарлотта стала серьезной. ― А с тобой как он поступил! Нет, меня такая «любовь» не устраивает!
— Меня и сейчас сжигает обида на то, как Аксель обошелся со мной, — согласилась Сусанна, — я ему отдала душу, а он просто вышвырнул меня из своей жизни, как паршивую собачонку. Правда, о графе говорят, что он всегда держит слово. Тебе следовало бы взять с него обещание не продавать тебя и не выгонять из замка, даже если его жена будет недовольна!
— Вот я и говорю, — продолжила баронесса, не обращая внимания на глупые советы подруги, — человек занимает в обществе столько места, сколько он требует. Если я соглашусь на такие отношения, то он будет использовать меня в качестве наложницы. Надо бороться за свое достоинство! И мы с ним или расстанемся, или он будет вынужден принять мои условия.
— Есть еще вариант, что он просто запрет тебя и будет брать насильно.
— Да, ты права! Вот почему я сбежала, и сейчас вместе с тобой продираюсь через этот чертов лес!
Увлеченно беседуя, беглянки не обратили внимания, что тропинка, по которой они ехали, вдруг резко свернула вправо и увела всадниц вглубь дубравы. Они и не заметили, как оказались на большой поляне, поросшей высокой травой, на которой стояли молодые крепкие дубки, наряженные в шикарную ярко-зеленую листву.
Под деревьями на траве лежало несколько подозрительных на вид мужчин. Невдалеке горел костер. Он блистал красочным пламенем, освещая алым светом лица спящих бандитов. Дрова ярко пылали; ветер раздувал огонь еще сильнее, поднимая сотни искр в небо и унося в их глубь дубравы. Возле костра, посвистывая, ходил молодой крепкий парень, одетый в обшарпанную кожаную тунику, достающую ему до колен. По-видимому, это был часовой. Мужчина бросил удивленный взгляд в сторону незадачливых всадниц и пронзительно свистнул. Его друзья мгновенно проснулись и вскочили на ноги. Их было пятеро, рослых, лохматых, звероподобных верзил. Разбойники похватали свое оружие и кинулись в сторону женщин. Один из нападающих, вытащив из кустов большой лук, стал прилаживать к тетиве стрелу. Но тот, который первым обнаружил путешественниц, остановил своего товарища, что-то сказав ему. Издалека Шарлотта не расслышать его слова, но в груди у нее сразу похолодело, и на некоторое время она растерялась.
— Бежим, Сусанна! Актуэль! Галопом, быстро! — вдруг опомнившись, закричала она и хлестнула кобылицу плеткой по боку.
Лошадь вонзила копыта в мягкую траву и понеслась как молния. Шарлотта еле удержалась в седле, вцепившись в поводья. Сзади она слышала тяжелый топот коня Сусанны и его прерывистое дыхание. Один из разбойников запустил вперед по ходу Актуэль большую дубину. Суковатая палка едва не угодила по ногам кобылицы. Но Актуэль сделала длинный прыжок и, немного вильнув в сторону, продолжила свой бег через чащу. Получив несколько ощутимых ударов по телу хлесткими ветками, Шарлотта, наконец, увидела впереди просвет, и всадницы вылетели на дорогу. Баронесса оглянулась назад, и ее сердце сжалось: да, сзади почти вплотную шел галопом конь Сусанны, но за ним, в пятнадцати ярдах скакали, размахивая дубинами, двое бандитов. Шарлотта ухватилась покрепче за взмокшую шею своей любимицы и постаралась прижаться к ней сильнее, чтобы не мешать лошади двигаться еще быстрее.