Наверное, пройдет неделя, прежде чем она перестанет краснеть.
Беспокойной рукой она сжала покрывало, внутреннее смятение требовало движений — все равно, каких. Люк видел их. Какой позор! Но все-таки, теперь не нужно будет объяснять, что между ними что-то произошло.
Катастрофа или откровение?
Этого она не могла понять.
Глава 20
Они столкнулись в дверях. Лорд Фитч пробормотал какое-то извинение. Люк нарочно подождал секунду, а потом молча посмотрел на него с нескрываемым презрением.
— Мы можем обсудить наше дело здесь, или отойдем в сторону. Что вы предпочитаете?
Бат, курортный городок на реке Эйвон, был, как всегда, переполнен представителями высшего общества, и на Палтни-бридж в это приятное утро толпилось множество людей. Как только его сиятельство оправился от шока, вызванного встречей с Люком, он кашлянул и, судя по всему, понял, что в голосе Люка прозвучала явная угроза.
— У меня нет на это времени, к сожалению. Всего хорошего, милорд.
— Наше дело, — сказал Люк сквозь зубы, отчетливо выговаривая слова, — это дневник лорда Бруэра. Тот, который вы выкрали или купили тайно. Тот, который вы собирались использовать, чтобы шантажировать его вдову.
— Я совершенно не понимаю, о чем вы, лорд Олти.
Фитч пошел дальше.
Люк быстро схватил его за руку.
— Вот как? Дальше на этой улице есть маленькая таверна, но если вы предпочитаете, чтобы мы отправились в какое-то более уединенное место…
— Нет.
Кажется, идея оказаться наедине с Люком не пришлась графу по душе, поскольку лицо его внезапно приняло неприятный зеленоватый оттенок, но он все же попытался изобразить бурную ярость.
— Немного вылить — это прекрасная мысль, раз вы хотите поговорить со мной, Олти. Я не знал, что вы в Бате.
— И я не знал, что вы не в Лондоне, — сказал Люк и улыбнулся, растянув губы в ниточку. — Хотя это к лучшему, потому что, пока добирался до Бата, я решил, что вас вовсе не стоит убивать. Не потому, — его мрачная улыбка стала шире, — что я не получил бы от этого большого удовлетворения, но один человек, которого я очень уважаю, мог бы установить связь между вашим преждевременным уходом и моим теперешним раздражением, и это его огорчило бы. За последнее время ей пришлось пережить много страха, и по большей части, как я считаю, по вашей вине.
— О ч-чем вы говорите? — залопотал Фитч, вырвал свою руку, но сбился с шага.
Мимо шли прохожие; Люк ступал твердо, расправив плечи, не возможно, поэтому люди расступались перед ними, и они прошли по мосту беспрепятственно, хотя кое- кто и бросал любопытные взгляды в их сторону. Вероятно потому, что лорд Фитч выглядел несколько бледным.
Так ему и надо.
— Кажется, я четко прояснил мою позицию, — сказал Люк любезным тоном.
Он шел, заложив руки за спину; внешне — воплощение английского джентльмена, но внутри он с трудом подавлял совершенно варварское желание сбросить своего спутника с моста в воду.
— А вы все же решили продолжить ваши игры.
— Я не имею совершенно никакого понятия, что за поклепы вы на меня возводите.
— Леди Бруэр не понравился ваш подарок.
— Какой подарок?
По мнению Люка, если выражение собственной правоты на землистом лице его спутника имело целью произвести впечатление искренности, этого не получилось. Он не ответил на вопрос Фитча, а решительным шагом пошел туда, где на другой стороне улицы находилось маленькое заведение. Было еще рано, многие столы были свободны, и он выбрал столик в глубине зала, с изрезанной, но чистой столешницей; запах эля, стоявший в зале, на его взгляд, был несколько густоват. Но он не собирался оставаться здесь надолго. Его задачей было с кристальной ясностью изложить свою точку зрения.
К ним торопливо подошла служанка, и Люк сказал ей бодро:
— Моему другу потребуется виски. Я пить не буду.
Зная, как важно заставить противника ерзать от нетерпения, Люк ждал, пока девушка не вернулась с бокалом и бутылкой.
Фитч нетвердой рукой палил янтарной жидкости в толстостенный бокал.
Это хорошо. Если он понимает, что ему грозит опасность, тем лучше.
— Не понимаю, чему вы удивляетесь. Неужели выдумали, что я позволю вам послать Мэдлин такую непристойную посылку и не заплатить за это? — Люк сложил руки на столе с демонстративным видом и посмотрел, не скрывая враждебности на собеседника. — Вы оскорбили не только эту леди, но вы оскорбили мое чувство чести.
— Вы ошибаетесь, Олти.
Бокал стукнулся о зубы его сиятельства, когда он сделал второй глоток.
— Нет, я не ошибаюсь, — заметил Люк, слегка наклоняясь вперед. — Перестаньте раздражать меня. Мне очень хочется вызвать вас, но от этого всегда получается много шума и, честно говоря, вы не стоите такого беспокойства. Я понимаю, вы решили, что недурно будет, послав ваш неприличный подарок, улизнуть из Лондона. Может быть, вы считали, что я никогда об этом не узнаю, что, в конце концов, ей будет просто неловко рассказать мне об этом. Вы действительно думали, что она мне ничего не расскажет?