– Отсутствие родственных связей в моем случае минус. К сожалению, из-за этого многие из окружения не хотят воспринимать меня как наследника. И я доставлял и, думаю, до сих пор доставляю Алевтине и Александру Михайловичу немало проблем.
– Не ожидала, что в вашем мире все так сложно. – призналась я, – получается тогда тебя ранил кто-то из своих?
– Давай лучше сменим тему, – сказал Вадим.
Подавив любопытство, я допила чай и мы засобирались дальше.
– Сейчас куда? – прохрипела я.
– Отвезу тебя домой, мне нужно отъехать. Буду поздно вечером, – сказал Вадим.
Под домом он подразумевал естественно свой. Уже у двери, до которой меня проводили, я обернулась.
– А завтра я смогу вернуться к себе? – с надеждой в голосе спросила я.
– Посмотрим, – бросил Вадим и ушел.
Тяжело вздохнув, я вошла внутрь. Вспомнилось, что в холодильнике совсем нечего есть. Я все еще испытывала легкую слабость, но прогуляться до магазина была в состоянии. Оставив дверь открытой, вряд ли кому-то придет в голову обчистить квартиру Вадима, отправилась на небольшую прогулку.
Как-то само собой получилось, что я закупилась по полной. Частая ошибка, толкая вперед тележку, бросать в нее продукты, не думая о том, как будешь нести покупки домой. Вся в мыле, я ввалилась в квартиру с пакетами. Не знаю как Вадим, а я не собиралась питаться только едой из общепита.
К вечеру приготовила куриный суп, сделала макароны по флотски, напекла блинчиков и даже сварила кисель исключительно от нечего делать. Где-то с восьми вечера, мне начало казаться, что Вадим вот-вот придет, но когда стрелка часов остановилась на полуночи, я начала волноваться. Покрутив телефон в руках и набравшись смелости, раза с десятого написала непринужденное смс.
«Привет, собираюсь ложиться спать. Все ок?»
Ответ не заставил себя долго ждать.
«Все ок.»
И на этом спасибо. Дав себе обещание больше никогда не идти на контакт первой, я взяла Бегемота под мышку и включив телевизор легла на диванчик. Завтра же отсюда уеду.
Он пришел скорее рано утром, чем поздно ночью. Сначала встрепенулся Бегемот и убежал встречать Вадима, а я мышкой лежала под пледом, делая вид, что сплю. Я слышала как он разделся, устало прошел в гостиную и остановился около дивана. Легкий запах его духов окутал все вокруг, а в следующее мгновение он коснулся тыльной стороной ладони моей щеки. Вздрогнув, я открыла глаза и испуганно уставилась на силуэт в темноте. Вадим сидел на корточках совсем рядом и вглядывался в мое лицо.
– Привет, – прошептала я.
– Попьем чай вместе? – предложил он и я не смогла отказать.
Откинув плед, поежилась от холода и опустив на пол ноги, поняла, что Вадим все еще сидит около меня. В полумраке его лицо приобрело мягкие черты, не было холода в глазах, ухмылки или поджатых губ.
Я придвинулась поближе и коснулась лица. Пальцы очертили скулы, прошлись по отросшей за день щетине и остановились на подбородке. Удержаться было невозможно. Мои губы коснулись его теплой щеки всего на мгновение, но этого было достаточно, и внутри запорхали бабочки.
Пытаясь рассеять наваждение, я отодвинулась, но Вадим одним рывком навалился сверху и вдавил меня в диван, прижавшись губами к шее. Сердце пустилось в бешеный скач, но я могла еще здраво мыслить.
– Пусти, – прошептала я.
– Уверена, что не пора сдаться и смириться с проигрышем пари? – уточнил он.
– Пора выпить чай, а тебе принять холодный душ, – уверенно сказала я, хотя на самом деле соблазн сдаться был велик.
Он напоследок прикусил мочку уха и только после этого встал, помогая мне подняться. Поправив задравшийся свитер, я с высоко поднятой головой пошла заваривать чай, стараясь не смотреть ему в глаза.
Через пятнадцать минут мы сидели на кухне, Вадим уплетал макароны, а я потягивала теплый чай, пытаясь забыть сцену в гостиной. Вторую сену в гостиной…
– Как прошел день? – спросила я, чтобы прервать молчание.
– Обычно. Хотя… Откуда все эти продукты? Мне казалось дома ничего нет.
– Сходила в магазин. Знаешь это такое место, где продаются ингредиенты для блюд. – пошутила я.
– Можно было просто заказать доставку на дом, но все же спасибо.
Его телефон зазвонил, он взял трубку и после короткого «Да» изменился в лице. Вадим выглядел растерянно и сразу подобрался, губы снова превратились в тонкую линию. Монолог его собеседника закончился приказом:
– Пусть ни в чем не нуждается… Нет, дальше утверждайте, что это соцпомощь.