– Как раз таки мне. Послушай щенок, – Александр Михайлович угрожающе наклонился, – Ищи игрушку в другом месте. Мне известно все, что ты успел сделать и по этому повторять дважды не стану. Ты мне как сын, этого не изменить, но издеваться над своей дочерью и использовать не позволю.
– Вам еще несколько часов назад было плевать, где она и с кем, а теперь пытаетесь строить из себя отца?! Маша сама способна принять решение. Если хотите, чтобы я отсюда убрался, сначала придется меня пристрелить! – Вадим повысил голос и из соседних палат стали выглядывать встревоженные люди.
Сделав глубокий вдох, Александр Михайлович попытался успокоиться.
– Вадим, сынок. Я прошу тебя как отец, – уже мягче сказал он, – Уйди сейчас, пока еще не поздно. Сам же видишь с тобой находиться опасно. Жизнь обычного авторитета не сахар, а в твоем случае всегда будут желающие насолить. Маша простая девушка, ей эти игры не по зубам.
– Она нуждается во мне, – уже тише ответил Вадим.
– И по этому мы с Алевтиной будем рядом. Позаботимся о ней и все объясним. – Александр Михайлович похлопал его по спине, – да, Маша расстроится, но лучше быстро содрать пластырь, нежели растягивать боль на несколько месяцев, или сколько обычно ты тратишь на одну девушку?
Александр Михайлович знал куда надавить. И его слова больно кольнули Вадима. Будь это слова постороннего, он легко бы от них отмахнулся, но сейчас перед ним стоял человек, которому Вадим был обязан всем и мерзкое чувство вины, разъедавшее сердце сделало свое дело. Она ведь и вправду пострадала из-за него…
– Я дождусь пока она придет в себя и уйду, – тихо добавил Вадим.
В том, что Маша непременно очнется он не сомневался, так у него хотя бы будет еще время с ней попрощаться.
– Саша! – Алевтина выбежала из палаты, – Маша просыпается.
Вадим дернулся было увидеть ее, но твердая рука удержала его.
– Тебе пора, я обязательно позвоню как будут какие-то новости. И не вздумай что-либо предпринимать с Волковым без меня, – сказал Александр Михайлович и закрыл за собой дверь, тем самым показав, что Вадиму с ними не место.
Он стоял так какое-то время, пока усилием воли не заставил себя выйти из больницы. На улице был солнечный теплый день, снег подтаял и ото всюду слышалось журчание воды. Это был первый по настоящему теплый денек после зимы и все вокруг радовались потеплевшим лучам. Вадим сел на ближайшую скамеечку и продолжал смотреть на окна, где по его подсчетам была палата Маши. Он был уверен, что она ждет его. Но Александр Михайлович был прав. Если она и вправду его дочь, они не смогут быть вместе и точно не на тех условиях, к которым он привык. Вадим достал из кармана телефон и выключил беззвучный режим. Сразу же высветился неизвестный городской номер.
– Алло, – бесцветно ответил он.
– Добрый день! Вадим Александрович?
– Да, – все тем же тоном ответил он.
– Это из больницы номер четыре. У нас находилась на лечении ваша мама…
– Что значит находилась? – перебил ее Вадим.
– Пожалуйста приезжайте, вашей маме утром стало плохо, мы пытались до вас дозвониться, но…
Дальше Вадим уже не слушал. Сначала голос в трубке продолжал бубнить, но уже через несколько секунд, не получая обратной связи, сам отключился.
Маша
Я просыпалась словно из комы. Сначала услышав странные всхлипы, мне захотелось встать и выяснить в чем дело, но тело не слушалось. И ком в горле, не позволял что-либо произнести. С трудом разлепив веки, я поморщилась от яркого солнечного света. Постепенно глаза привыкли и удалось рассмотреть помещение. Это была больничная плата, об этом я догадалась сразу по запаху медикаментов и последним воспоминаниям перед аварией. В комнате находился кто-то еще. Всхлипывающая Галина Васильевна сидела на стульчике в углу и прикрывала рот рукой. Ее я ожидала увидеть, но вот Алевтину и Александра Михайловича… Что они забыли в моей палате? Нехорошее предчувствие заставило меня дернуться, а что если Вадим…
Ком в горле оказался трубкой, я попыталась ее снять, но Александр Михайлович тут же меня остановил. В палату вбежала медсестра с врачом, я уже билась от кашля, когда наконец-то трубку вытащили. Горло неприятно саднило. Отключив аппарат, они проверили основные показатели.
– Мария, вы знаете какой сейчас день?
– Где Вадим? – прохрипела я, проигнорировав вопрос врача.
– С ним все в порядке, он не пострадал в аварии, – заверил меня Александр Михайлович.