Вадим с фанатизмом отдался работе, и все свободное время посвящал поискам Волкова, пока безуспешным. Александр Михайлович и Алевтина практически ему не звонили. Были заняты Машей. Он же объезжал кофейню и ее дом за километр.
Зайдя в один из торговых центров Александра Михайловича, он прошел в кабинет охраны и обсуждал с начальником попутавшего территорию карманного воришку, когда взгляд зацепился за экран. Там ходила поразительно похожая на Машу девушка и внимательно рассматривала детские кроватки. Мотнув головой, Вадим решил, что окончательно сошел сума и закончив дела уже уходил из ТЦ, когда увидел ее в живую.
Маша сменила прическу и не удивительно, что он ее едва узнал. Она немного поправилась, похорошела и вроде бы неплохо жила и без него. Только вот, что она забыла среди детских кроваток? Словно видение Маша проплыла через холл и пошла к выходу, крутя в руках пакет с яркой надписью "все для будущих мам".
До него долго доходило осознание произошедшего. Маша давно успела уйти, а он все стоял у двери охраны, судорожно складывая два плюс два…
Вадим всегда считал себя хладнокровным и расчетливым. Правда и первое и второе иногда давало сбой, когда дело касалось Маши. Как оказалось, ему еще отказывали и мозги.
Вадим никогда не думал о семье и детях. Опыт его собственного детства, истории знакомых, сидевших по тюрьмам или того хуже, давно покоящихся по лесам, подводили к вполне обоснованному выводу – семью лучше не заводить. Опять же это будет его слабым местом и дети с женой сделают его уязвимым. Он на отношения с Машей то едва решился, а теперь…
Вадим еще долго сидел в машине около дома Маши пытаясь привести свои мысли в порядок. Наговорил ей черте что, сам себе яму вырыл. В голове крутился заданный вопрос «что ты будешь делать с таким преимуществом»… Еще бы спросил чей ребенок и не нашла ли она себе хахаля. Вадим думал, что уже никогда не испытает такого чувства как отчаянье, но видимо судьба ему приготовила еще много сюрпризов.
Ему срочно нужен был чей-нибудь совет. Через несколько часов он сидел на кухне и пил чай вместе с сонной, поднятой с кровати Алевтиной. Александра Михайловича будить не стали, да и в том что он поможет, Вадим не был уверен.
– Маша беременна, – сказал обреченно Вадим.
– Мои соболезнования, – съязвила Алевтина и закатила глаза.
– Вы знали? – Вадим внимательно всмотрелся в лицо, на котором не было и доли удивления, – почему не сказали?
– Милый мой мальчик, секрет то не мой. Да и как ты себе это представляешь? Маша сама должна была такое рассказать. И она хотела, просто оттягивала до последнего. Наверное, боялась, что ты наговоришь глупостей, но раз ты приехал к нам посреди ночи, то скорее всего именно так ты и поступил.
– К сожалению, я не только наговорил, но и наделал глупостей…
Вадим склонился над чашкой кофе, запустив руки в волосы. Алевтина тяжело вздохнула и похлопала его по плечу.
– Я знаю, что ты не хотел семьи и детей, но думаю пробудь ты с Машей еще какое-то время обязательно бы передумал. Отнесись к этому иначе. Все ведь очень хорошо сложилось!
Вадим удивленно посмотрел на Алевтину, не понимая к чему она клонит.
– Маша способна дать всем нам то, чего мы так давно хотели. У нас с Сашей появилась дочь и скоро будут внуки, – Вадим хотел ее поправить, мол «внук», но она продолжила с энтузиазмом, – А ты наконец-то поймешь цену семье и сможешь спокойно стать приемником Саши, и больше ни у кого не будет сомнений, насчет того достоин ты или нет, – Алевтина закончила свою воодушевляющую тираду.
– Звучит очень… расчётливо, – конечно Алевтина во всем была права, но Вадиму не понравилась идея использовать Машу, как средство достижения власти, – Я сделал слишком много ошибок…
– Эх, Вадим. Что-то мне подсказывает, что в отношениях с Машей ты постоянно выкидывал нечто эдакое, но она ведь тебя прощала. И сейчас дай ей время, поухаживай, дари цветы и прочие приятные девушкам мелочи… Ну что я тебя учить буду, сам все знаешь. Очень скоро ей понадобится поддержка и тебе лучше быть рядом. А там все наладится, я тебя поддержу и буду стараться Машу смягчить. За Сашу не волнуйся, его я тоже возьму на себя, палки в колеса вставлять больше не будет. Теперь иди спать, вернешься в город утром. – она улыбнулась и сонно зевнув ушла спать.
Вадим же еще долго не мог уснуть, пытаясь свыкнуться с мыслью, что в конце этого года станет отцом.
Маша.
Вадим вернулся следующим утром и поджидал меня у выхода из подъезда. Поморщившись, словно съела кислый лимон, я нехотя подошла к нему.