— Да. Я в порядке. — Солгала я. Она вздыхает.
— Мы со Стерлингом подружились. Страдание любит компанию, верно? Он был единственным хорошим парнем, которого я когда-либо встречала. В любом случае, для меня это значило больше, чем для него, достаточно, чтобы я подумала о семье и детях. Это было достаточной мотивацией для меня, чтобы лечь в реабилитационный центр. Я вышла. Стерлинг не хотел уходить.
Я ненавижу то, как знание того, что Стерлинг значил для нее что-то — возможно, все еще значит для нее — заставляет меня чувствовать себя… Ревность, когда я не имею на это права. У этих двоих есть прошлое. У нас со Стерлингом был… один поцелуй?
— Мне жаль, Старр. — Я искренне улыбаюсь ей. Она пожимает плечами.
— Не стоит. Я не сожалею. После Стерлинга я поняла, что хочу выкинуть это… для себя. Я хотела вернуть свою жизнь. Я заслужила сказку. Мы все заслужили. Так что, да, я не сожалею. Но я всегда буду желать лучшего для Стерлинга. Даже когда его жизнь была дерьмом, он заботился обо мне.
Мы останавливаемся и поворачиваемся лицом друг к другу, стоя в тени узкого переулка. Меня охватывает холод, и я обнимаю себя, потирая руки, чтобы создать трение. По правде говоря, я напугана до смерти. Я боюсь того, что увижу, когда мы найдем его.
— Ты замечательная, — говорю я ей. — Ему повезло, что у него есть ты. — Улыбка расплывается по ее лицу.
— Теперь я знаю, почему ты для него такая особенная, почему ты исключение из его правила «никогда не нарушающая правила».
— Я не исключение, — говорю я, мои щеки горят.
Это правда. Я ничье исключение. Мы оба говорим об одном и том же самовлюбленном с холодным сердцем недостижимом парне. Со мной он ничем не отличается от нее. Единственная разница в том, что он дал мне ключ и мобильный телефон.
Но не его сердце. Никогда его сердце.
— О да, поверь мне, ты — исключение для Стерлинга Бентли. Я поняла это, как только он привел тебя в ресторан. Он никогда ни на кого не смотрел так, как на тебя. — Она кивает на одинокую боковую дверь в здании. Я даже не заметила, как мы добрались до места назначения. Мусор захламляет переулок за дверью.
— Вот оно, — говорит Старр. — Может, тебе стоит подождать здесь?
— Нет. Я хочу войти. — Мой голос странно ровный, в то время как остальная часть меня дрожит.
— Ты уверена, Виктория? Это будет нелегко увидеть. Я даже не уверена, что он там, но, если он там, трудно сказать, в каком он состоянии. Возможно, это не то, с чем ты хочешь столкнуться. Ты понимаешь? — Она пытается передать какое-то послание глазами. — Есть много шлюх, которые прицепятся к такому парню, как Стерлинг.
— Шлюхи? — пробормотала я, давая ей это понять.
— Да, шалавы, которые считают, что если им придется обменять минет на наркотики, то они лучше сделают минет Стерлингу, чем какому-нибудь мерзкому грязному парню. — По моему лицу пробегает выражение ужаса. Должно быть, она заметила. — Знаешь, что, ты явно не готова это увидеть. Я пойду внутрь. Осмотрюсь. Если я найду его, то оценю, насколько плоха ситуация, а потом приду за тобой.
Глава 28
Плавающее дерьмо
Старр
Эта девушка намерена добиться того, чтобы ей разбили сердце.
Говорят, противоположности притягиваются. Наверное, это правда, потому что Тори и Стерлинг настолько противоположны, насколько это вообще возможно. Она отполирована. От него воняет грязью. Держу пари, она любит нежные отношения. Я знаю, что Стерлинг любит жестко и быстро.
Обхватив пальцами стальную ручку тяжелой двери, ведущей в наркопритон, я смотрю на руку Тори, лежащую на моей руке.
— Я вхожу, — говорит она мне, окидывая меня взглядом. Ее челюсть сжата, в ее выражении лица чувствуется неуверенность, но она не собирается сдаваться. Она уже убедила себя, что может спасти его. Проблема в том, что… Стерлинг Бентли не думает, что его нужно спасать.
— Хорошо. Держись рядом и смотри, куда ступаешь, — предупреждаю я, открывая дверь. Чудесная вонь наркоманского дома выливается в переулок, одурманивая свежий воздух.
— О Господи, — Тори закрывает ноздри и рот, кашляя и отплевываясь в ладонь.