- Как ты можешь, Ирма? – начала было Тарани, понимающая, чем чревато то, что предлагала водная стражница, но Ирма не дала ей закончить:
- Могу, чёрт возьми! Ещё как могу! Это не твой отец погиб из-за ящеров! Так что могу! А тебе луше помолчать!
- Вот она – истинная наша природа, – прошептала Хай Лин, и все отчего-то сразу умолкли. – Если что-то происходит не так, как мы хотим – мы злимся. Особенно если теряем близкого человека. Даже хотим мстить виновным. И часто – справедливо… А если дело касается не таких, как мы, чужаков… Мы их сторонимся, опасаемся, презираем и ненавидим… И это – человечество, возомнившее себя венцом Творения? И это – стражницы, которые должны защищать всех, которые должны заботиться о жизни, какие бы формы она не принимала? Мне стыдно… За всех нас, – говорила девушка и слёзы катились по её щекам. – Я ведь тоже потеряла родного человека… Но я не желаю мести. Не желаю смерти ящерам-пришельцам… Почему же вам так сложно сохранить в сердцах мир?
И она замолчала, продолжая плакать. Молчали и остальные – ведь эта импровизированная речь – крик души – смога затронуть сердце каждого, кто был здесь.
- Ты права, стражница, – кивнул Крутов. – Каждый из нас мнит о себе слишком много, хотя сам этого и не замечает. Но даже если и так… Я не могу допустить ящеров к установкам на базе. Слишком велик риск…
- Тогда это сделаем мы, – сказала Тарани. – Мы устроим им мост. И Гильдия должна нам помочь. Но прежде всего я хотела задать один вопрос… Т’хассу. Как он собирается осуществить план? Как собирается оповестить сородичей о том, что нашёл путь домой? И даже если бы сумел – как он убедит их поверить ему, будучи в человеческом облике? – она буквально пронзила взглядом Мэтта.
- Как ты заметила? – вдруг спросил тот чужим голосом.
- Я – телепат.
- Ты… ты…, – Вилл не могла говорить – гнев овладел ею.
- Ясно, – пожал плечами Т’хасс. – Очевидно, что вы слишком мало знаете о нашем народе. И о себе – тоже. Каждый Шао’ссор – часть единого целого, часть Народа, так же, как и сознание каждого из нас – часть Великой сети. Мы чувствуем друг друга, общаемся... можем видеть и слышать то, что видят и слышат другие, можем знать то, что знают другие. Если расстояние не слишком велико. Моя связь с сетью была разорвана, когда я был вынужден переселиться в это тело. Но я уже почти восстановил её. Пришлось усилить работу некоторых отделов мозга…
- Ты сделал что? – негодующе воскликнула Вилл.
- Для Мэттью Олсена это безвредно, – ответил «Мэттью Олсен». – Сознание каждого живого существа уникально, и несёт отпечаток не только личности, но и народа, к которому она относится. В ментальном поле Сети это прекрасно видно. Мне поверят. А вам лишь остаётся принять решение… Но некоторые из вас, похоже, его уже приняли, – он посмотрел на Ирму.
- Не мы начали эту войну! – выпалила та. – Не мы прилетели к вам и убивали невинных! Не мы устраивали геноцид! Всё это на вашей совести!
- Низшим формам никогда не понять нас, – сурово сказал «Мэтт». – Я жду ответа. И чтобы подстегнуть ваш мыслительный процесс, скажу вот что – думайте быстрее и верном направлении. Потому, что в противном случае Меттью Олсену придётся умереть.
- Ты не посмеешь! – выкрикнула Вилл, схватив «Мэтта» за плечи и тряхнув его. – Не посмеешь! Я не позволю тебе! – и прежде, чем кто-либо успел понять, что происходит, она выхватила Сердце Кандрокара и яркая вспышка озарила комнату!
Вилл и Мэтт рухнули на пол!
Наполеон кинулся к ним на долю секунды раньше стражниц, но сразу же остановился и остановил девочек:
– Стоять! – крикнул он. – Они соединены! Если вмешаемся – они погибнут!
- Но мы должны помочь им! – возразила Хай Лин.
- Сейчас мы им уже ничем не поможем. Вилл и Мэтт должны справиться с этим сами, – качнул головой Регент.
- Что с ними вообще произошло? – вежливо осведомился Симмонс. Происходящее всё ещё напоминало ему дешёвый фарс, но он осознавал, насколько ситуация серьёзна на самом деле.
- Вилл вступила в ментальную дуэль с сознанием Т’хасса, – пояснил Наполеон. – Это поединок умов, поединок личностей и воли. Сейчас сознания Вилл Вандом, Мэтта и ящера сплетены воедино и любое вмешательство со стороны приведёт к разрушению всех трёх сознаний!
- Для кота-обротня вы слишком много знаете, – покачал головой Джейкоб. Его ожидания от этой встречи не оправдались. К тому же ему буквально прямым текстом было сказано, что не в его власти решить проблему ящеров, оккупировавших обширные районы Земли. По крайней мере – безкровно.
- Что ж, раз здесь мы безсильны, предлагаю, всё же, решить, что делать с пришельцами, – проворчал Барретт. – Оставим этих… хм… двоих, – кивок на Вилл и Мэтта, – а сами пока обсудим, что да как.
- Похоже, сейчас ничего другого всё-равно не остаётся, – согласился Крутов, выходя за дверь. За ним ушли Симмонс, Барретт и Гордон. Лишь стражницы и Регенты остались охранять «покой» своих друзей, безсильные помочь, почти отчаявшиеся из-за свалившихся на них бед, но всё ещё надеющиеся на лучшее…
====== Глава 11. Сумерки старого мира (Часть 6) ======
Тьма.
Она вокруг.
Она окутывает всё и кажется, что находится даже внутри тебя самого. Это место затоплено тьмой. Вернее – оно и есть тьма, оно ею порождено и состоит из неё. «Так же, как и мир с Вратами, созданный из белого света», – мелькнула мысль. «Я уже была здесь, когда мы с девочками приняли формы своих стихий и едва не утратили самих себя», – думала Вилл, осматриваясь. Это странное место – глубины сознания или что-то там ещё – навевало воспоминания. Образы, пришедшие, казалось, из прошлой жизни, из необычайно далёкой эпохи. Вот здесь они сидели все вместе, взявшись за руки и пытаясь вспомнить, кто они такие… И другие образы. Сражение с Седриком в заснеженном Хитерфилде. А до этого – Фобос. А до него – та, которая во всём этом была виновна. Бывшая стражница Нерисса. Образы прошлого медленно проплывали перед внутренним взором девушки, заставляя сердце сжиматься от тоски по тому времени, казавшемуся теперь «старым, добрым». А ведь тогда они думали, что в худшей ситуации ещё никогда не были. Как же наивны они были!
- Вилл? – раздался внезапно такой знакомый и любимый голос. Мэтт! Девушка обернулась – это и вправду был он, Мэтт Олсен. Окутанный туманом, юноша шёл сквозь эту кромешную тьму к Вилл. – Что ты здесь делаешь? – удивлённо спросил он. Но ответа не дождался – девушка впервые за долгое время почувствовав себя счастливой, переполняемая радостью, бросилась к нему, обняла и поцеловала, едва не повалив. И лишь потом сказала опешившему от такого приветствия Мэтту:
- Не знаю, как это получилось… Я лишь взяла Сердце Кандрокара… Я хотела помешать ему… Он угрожал убить тебя, если мы не согласимся…, – сбивчиво рассказывала она, а юноша слушал, нежно держа её за руку.
- Вилл, тебе нельзя было сюда приходить – здесь слишком опасно… Хотя я и не представляю, где это самое «здесь»… Что-то вроде подсознания, – сказал Мэтт, когда девушка закончила свой рассказ. – Но я всё-равно рад, что ты пришла, – улыбнулся он.
- Нам надо выбираться отсюда, – уже серьёзно сказала чародейка, отпустив руку юноши.
- Вот только сделать это не так просто, – словно гром среди ясного неба раздался скрипучий голос, от звука которого затряслось всё это царство тьмы.
- Покажись, Т’хасс! – крикнула Вилл, готовая к бою.
- Хорошо. В конце-концов для этого мы все здесь, – прогремел голос и через секунду тьма как-бы «выплюнула», выдавила из себя чёрную как смоль фигуру, которая тут же превратилась в воина-Шао’ссора в полном боевом облачении.
- Теперь нас двое, ящер, – разминая кулаки сказал Мэтт. – Одному мне с тобой было не справиться, но теперь…
- Не справитесь и вдвоём, – прошипел Т’хасс. – А ведь всего-то и нужно было сделать как я просил. И вы бы получили назад свою планету, а Олсен – свободу от меня. Но теперь мы сами возьмём всё, что нам нужно. Что ж, попробуйте одолеть меня, раз именно для этого вы здесь, – и не дожидаясь, пока люди опомнятся, ящер ринулся в атаку!