- О чём ты сейчас думаешь? – оказалось, что сходу сказать то, что хотела, было не так уж и просто.
- Обо всём, что было. Вспоминаю, как жил, свои победы и поражения, радости и печали… А почему ты спрашиваешь?
- Ты когда-нибудь вспоминал о… нас? Обо мне?
Пауза. Длящаяся дольше, чем хотелось бы.
- Да, – пришёл Нитаре тихий ответ. Она ждала его и одновременно опасалась. Но отступать было уже поздно.
- Почему? – спросила женщина. И ей самой вопрос показался странным, ведь и она сама тоже вспоминала.
- Ты ведь знаешь ответ на этот вопрос, – сказал Дервиш. – Всегда знала.
- Тогда почему ты позволил нам совершить эту ошибку? – с жаром и болью спросила Нитара. – Ведь я… ведь только из-за тебя…
- Прости меня, – Дервиш давно ждал, когда она начнёт этот разговор. И боялся его. Много в своей жизни о совершил такого, о чём сожалел. Но ничто другое так не терзало его, как то, о чём сейчас говорила собеседница. – Прости… мне нет оправдания, – сказал он совершенно искренне и с такими болью и сожалением, силу которых просто невозможно было описать.
Это было давно. Очень давно. Расцвет цивилизации. Бурное освоение космоса шло полным ходом уже несколько тысячелетий, когда разведчики впервые обнаружили расу Шао’ссоров. Агрессивные и высокотехнологичные, переживающие упадок после войны, о которой никому, кроме них самих ничего не было известно, да к тому же прибывшие из иной реальности и стремящиеся изменить под себя эту. Советом Глав они были признаны потенциально опасными. В последующее столетие тайное исследование этой расы, начатое по поручению Совета, дало много тревожной информации о расе ящеров.
В конечном итоге правительство приняло решение о превентивных сдерживающих мерах в отношении Шао’ссоров, чья стремительная экспансия, освоение всё новых и новых территорий с последующим изменением Законов мироздания в захваченных областях космоса, вызывала всё больше опасений по поводу всё большего числа таких инородных пространств во вселенной и их влияния на ткань реальности.
Именно тогда в качестве одной из мер противодействия был предложен проект городов-крепостей для защиты планет, которые ящеры могли бы использовать для создания своей системы Изменения – фазового перехода вакуума, самой реальности и её законов, в состояние, пригодное для жизни Шао’ссоров. Управление крепостями в силу разных причин, в том числе и морально-этических, нельзя было доверить полноценному искусственному интеллекту. Чтобы решить эту проблему была разработана специальная процедура «переноса» личности, её копирования, и объявлен набор добровольцев. Одним из таких добровольцев был и тот, кто много эпох спустя назвался Дервишем. И Нитара, его возлюбленная, готовая идти за ним хоть на край света…
Но как это часто бывает, мало кто из добровольцев отчётливо представлял себе, что его ждёт на самом деле. Воображение рисовало одно, а реальность оказалась совершенно иной. Впрочем, главное было даже не это. Сама мысль о слиянии с машиной, или ещё хуже – о превращении в машину была противна Нитаре. Она пошла за Дервишем в надежде отговорить от этого шага. И ей даже казалось, что у неё получилось. Но, в итоге, без её ведома, он всё-равно прошёл процедуру. А суровая реальность оказалась такова – добровольцам не говорили, что процедура опасна. Тем, кто её прошёл, грозило сумасшествие из-за нарушений работы отделов мозга, а затем – смерть. Это происходило медленно, но неотвратимо. Прошедшие процедуру биологические оригиналы умирали, а их цифровые копии были едва ли не безсмертны.
Когда же Нитара всё поняла, то горю её не было предела. Именно оно и привело её к той же судьбе, которую для себя избрал Дервиш. Тогда она была в состоянии, подобном трансу или сну наяву… Но с другой стороны – любовь и желание быть с любимым, противопоставленное отвратительному слиянию с машиной… Когда же она наконец пришла в себя, то ничего уже нельзя было изменить.
Это не могло закончиться так просто…
- Если бы твои извинения могли хоть что-то изменить, – горько отозвалась Нитара. – Я всё это время жила с отвращением к самой себе… К счастью, время и вправду великий лекарь. Даже с этим я смогла справиться. Привыкнуть… Но ты обманул меня. Обманул! Из-за тебя я умерла и стала… такой! – последнее слово было сказано с нескрываемым отвращением. И Дервиш понял – что бы он сейчас не сказал, как бы ни извинялся – всё это не будет иметь никакого значения. Потому, что Нитара права – он и только он виновен в случившемся с ними. Осознание этого пришло к нему давным-давно – ровно в тот миг, когда он узнал, что Нитара тоже стала добровольцем… С тех самых пор эта боль поселилась в его оцифрованной душе. И сейчас она достигла своего пика. Дервиш уже давно раздумывал, почему Нитара не завела этот разговор раньше, и делала вид, будто между ними ничего не произошло…
«Внимание!» – прозвучал по общему каналу голос Дарака, прерывая столь личную беседу. «Враг только что вышел из гиперпространства у границы системы. Фиксирую появление тяжёлых артиллерийских кораблей, линкоров и крейсеров», – слова эти, будто холодный отрезвляющий душ, вернули Нитару и Дервиша к тому, что происходило здесь и сейчас.
- Да, похоже возможность уже не представится, – констатировала женщина.
- Верно, – согласился Дервиш. – Но даже если бы она и была… Я… Я не смог бы ничего тебе объяснить. Потому, что теперь и сам не понимаю, зачем я сделал это… Могу сказать одно – если бы у меня был ещё один шанс, я бы поступил по-другому. Я бы остался с тобой, Нитара.
- Внимание! Фиксирую ещё один гипертуннель за обратной стороной солнца! – прилетело тревожное сообщение от одного из разведчиков. – Это истребители и перехватчики! Тысячи!
- Нас берут в клещи, – проворчал Дарак. – Наверняка собираются связать нас боем с этой мелюзгой, пока крупные корабли займут удобные позиции для обстрела с дистанции.
- Поговорим потом, – уловил Дервиш ответ Нитары.
- Внимание всем! – командовал Дарак. – Малый прыжок по координатам первого гиперперехода ящеров! Смешаемся с их флотом и атакуем! – распорядился он, первый ушёл в гиперпространство… и менее чем через мгновение оказался в самой гуще вражеского флота, только что выпавшего в реальный мир на окраине системы Меридиана! Вслед за ним из гипера выпрыгивали другие города, и тотчас сотни тысяч ярких жёлтых огоньков, подобно мощному приливу, обрушились на армаду противника, буквально выгрызая место для всё прибывающих древних крепостей. Этот дерзкий и неожиданный манёвр внёс сумятицу в ряды ящеров – многие корабли заметались, некоторые шарахнулись в стороны, спасаясь от смертоносных огоньков точно стаи напуганных рыб от акул, но ещё больше было застигнутых врасплох. И сейчас они брызгали фонтанами жёлтых огоньков, раскалываясь на части и беззвучно взрываясь, заполняя космос мириадами обломков… а огоньки уже искали новых жертв…
Сотни кораблей, тысячи покидали этот мир в ярких вспышках взрывов. Некоторые сопротивлялись, ведя огонь по ближайшим крепостям из всех орудий – им даже удалось пробить щиты у двух летающих городов, нанеся незначительные повреждения, но такие огрызающиеся корабли уничтожались огоньками в первую очередь…
За считанные минуты более половины флота Шао’ссоров, появившегося в системе, обратилось в поле искорёженных, разорванных и безполезных обломков, которое с каждым мигом становилось лишь ещё больше…
Казалось, что это планомерное и методичное уничтожение будет продолжаться и дальше, но тут, наконец, к месту сражение подоспели истребители ящеров, преодолевшие более половины планетарной системы всего за несколько минут! Эти юркие машины, очертаниями напоминавшие земных летающих ящеров прошлого, буквально врубились в строй Предтеч, постоянно маневрируя и уклоняясь от их главного оружия – безчисленных самонаводящихся снарядов-огоньков. Они кружились в смертельных космических дуэлях, выписывая умопомрачительные фигуры высшего пилотажа, постоянно работая на высоких ускорениях и уходя от огоньков едва ли не в последний момент. И при этом они успевали наносить удары по древним городам, которые перегруппировывались в построение-сферу, и продолжали наводнять космос вокруг себя всё новыми снарядами. И хотя мощи истребительных орудий было явно не достаточно, чтобы пробить щиты городов, не обращавших особого внимания на эту «мошкару», численность и манёвренность позволили истребителям оттянуть на себя большую часть снарядов-огоньков, дав возможность крупным кораблям уйти из опасной зоны.