Мужчина с солдатами вышли последними и сели в черный джип.
— Женщину и тех полицейских необходимо устранить. Надо, чтобы всё выглядело как несчастный случай. На женщину напал грабитель, а полицейские попали в смертельную аварию. Всё поняли? — обратился он к солдатам.
— Так точно, — ответили они в один голос.
Раздался звонок, и мужчина ответил.
— Как себя показал наш эксперимент? — прозвучал грубый голос.
— Лучше не бывает. Его не берут пули, а жажда убийства не поддаётся объяснению. Думаю, ему подобных уже можно продавать. Это идеальный солдат, которого невозможно остановить, разве что взорвать или сжечь.
— Такие новости меня радуют, — послышался смех. — Возвращайтесь на базу.
Глава 1
Часы пробили полночь, и их мелодичный звон эхом прокатился по опустевшим улицам города. В домах давно погасли огни, и сон окутал город своим мягким покрывалом. Лишь одинокий человек оставался бодрствовать в этой ночной тишине — это был Дима.
Он сидел перед мерцающим экраном ноутбука, погруженный в свои мысли. Его глаза, красные от усталости и недосыпа, то и дело смыкались, пытаясь погрузиться в сон. Время от времени веки тяжестью опускались вниз, обещая долгожданное забытье, но каждый раз Дима преодолевал этот порыв.
Рядом, на маленьком столике у уютного кресла, где он устроился, маняще дымился ароматный кофе. Время от времени Дима, словно заворожённый, протягивал руку к чашке, делал небольшой глоток и возвращал её на место. Его пальцы, заряженные новым импульсом энергии, порхали над клавишами, ловко выводя строки текста. Он безжалостно стирал лишнее, вводил новые слова, а потом замирал, погружённый в раздумья, пристально вглядываясь в каждую фразу.
Дима просидел ещё час, и кофе уже утратило свою бодрящую силу. Сон незаметно подкрадывался к нему, обволакивая сознание мягкой дымкой усталости. Глаза постепенно закрывались, веки становились тяжёлыми, словно свинцовыми, а левая рука, потеряв всякую волю, безжизненно свисала с кресла.
И вдруг тишину разорвал оглушительный взрыв, эхом прокатившийся по улицам города. Звук был настолько мощным, что Диму пронзил холодок, пробежавший по спине. В ответ на этот гул, словно откликнувшись на тревожный зов, машины на улице начали голосить. Каждая из них кричала своим голосом, создавая хаотичный хор тревоги.
Многоквартирный дом, до этого погруженный в сон, начал медленно просыпаться, отзываясь на внезапную волну активности снаружи. В окнах квартир начали вспыхивать огонёчки света, словно кто-то невидимый зажигал их одну за другой. Жители дома выглядывали в окно, пытаясь понять причину внезапного шума, и Дима тоже не остался в стороне. Он приник к стеклу своего окна на последнем, пятом этаже.
С высоты птичьего полёта перед ним открылась жуткая картина: на перекрёстке столкнулись два автомобиля. Один из них, охваченный ярким, танцующим пламенем, лежал на боку, будто поверженная жертва битвы. Второй — массивный военный грузовик — стоял невредимым.
Из кабины грузовика выбрался солдат. Его лицо было искажено болью, а рука крепко сжимала грудь. Сделав несколько неуверенных шагов, он споткнулся и рухнул на землю перед задними колёсами машины. Лёжа неподвижно, он уже не подавал признаков жизни.
В этот момент через улицу стремглав бросился какой-то мужчина. Приблизившись, он опустился рядом с военным и попытался привести его в чувство, но тщетно — солдат был мёртв. Мужчина поднялся, его взгляд беспокойно метался по сторонам. Затем он подошёл к задним дверям, прислушался и осторожно приоткрыл их.
Не успел он ничего понять, как изнутри на него вывалился пожилой человек в форме охранника. Старик невысокого роста вцепился в лицо мужчине. То, что было дальше, Дима не стал смотреть.
Он отвёл взгляд от окна, слыша тревожные крики. Подошёл к телефону, который лежал на кровати, и набрал номер — 112. В ожидании ответа время тянулось бесконечно долго, но никто так и не ответил…
— Наверное, это всё из-за того, что случилось… Линия перегружена, — думал вслух Дима. — Надеюсь, полицейские скоро прибудут и разберутся, а сейчас пора спать. Сил больше нет…
Дима медленно опустился на кровать и укрылся мягким одеялом, словно пытаясь спрятаться от окружающего мира. За окном раздавались крики, но они постепенно растворялись в его сознании, теряя свою значимость. Сон манил его, поэтому всё остальное его не волновало — пусть ночь возьмёт своё.
Дима открыл глаза ранним утром, когда первые лучи солнца едва пробивались сквозь шторы. Его тело всё ещё тянуло к подушке. Ему хотелось бы поспать до обеда, но он привык поздно ложиться и рано вставать.