Выбрать главу

– Мой прекрасный пёсик! – поприветствовала Катерина собаку, разведя руки для объятий.

Плавт лизнул её в щеку и принялся весело вилять хвостом. Но не Катерине. Он радовался Элизе, которая в трёх шагах позади подруги хлопала в ладоши, привлекая внимание собаки. Катерине стало немного грустно от того, что Плавт так привязался к Элизе. Она вытянула руку, чтобы ухватить собаку за ошейник, но тут же отдернула её, вспомнив, что Плавт такого не любит. И в следующую секунду увидела, как Элиза почёсывает у него за ушами и он тает, как мороженое на солнце. А потом Катерина перевела взгляд на Пьетро, лицо которого расплылось от нежности.

Она вздохнула. Ей вдруг стало очень хорошо. Любовь придаёт жизни аромат, как весна, наполняющая воздух запахом цветов. Зачем ей мешать?

15

Сокращения

ТАРЕЛКИ уже давно лежали в раковине, но никто не спешил уходить из кухни.

Катерина поглощала вторую порцию ванильного пудинга с таким наслаждением, будто никогда в своей жизни не ела ничего вкуснее.

Папа варил кофе.

Пьетро с глупой улыбкой на лице без остановки отправлял одно сообщение за другим. Нетрудно было догадаться, что он чатился с Элизой.

Мама гладила Плавта по большой голове, которую пёс услужливо положил ей на колени, и просматривала новости в смартфоне. Она просто пролистывала их большим пальцем, но потом вдруг остановилась и дважды щёлкнула по экрану. Похоже, какой-то заголовок привлёк её внимание.

Заметив этот жест, Катерина запаслась терпением, потому что знала, что мама долго не протянет и скоро начнёт читать вслух. Она всегда так делала, когда находила что-нибудь интересное.

Марианна нахмурилась, продолжая пролистывать страницу.

Даже чашка кофе прямо у неё перед носом не помогла оторваться от чтения.

Папа закрывал сахарницу, когда мама, наконец, заговорила:

– Я думаю, вы должны это знать. Ты тоже, Пьетро.

Завладев всеобщим вниманием, Марианна начала читать:

– «На внеочередной сессии городского совета, созванной по итогам последнего заседания, разгорелась горячая дискуссия. Серьёзный дефицит в бюджете, требующий решительных мер…»

– Мам, можно в двух словах? – перебил её Пьетро.

– Они урезают финансирование спортивного клуба, – резюмировала Марианна.

– И что это значит? – спросила Катерина.

– Могут закрыть какие-то секции. Послушайте, вот здесь прямо так и написано: «…в связи с чем ожидается повышение стоимости абонемента, за которым вскоре последует сокращение количества секций…»

У Катерины ком подступил к горлу.

– Но волейбольную секцию не могут закрыть, у нас очень сильная команда, – выпалила она.

– А о библиотеке там что-нибудь говорят? – насторожился Пьетро.

– Кажется, она пока в безопасности, – успокоила его Марианна.

– Эгоист! – рассердилась Катерина. – Мы говорили о волейболе!

– Ты вправду думаешь, что библиотека не так важна? – возразил брат.

А отец покачал головой, приговаривая:

– Почему всегда экономят на культуре и на детях?

– Я не говорю, что она не так важна, но… – Катерина искала предлог, чтобы снова вернуть внимание к судьбе своей команды, и довольно быстро нашла его. – Но тебя вообще-то это должно беспокоить. Элиза ведь тоже играет в волейбол.

– Если Элиза перестанет играть, у неё будет больше времени заниматься со мной в библиотеке, – тут же нашёлся Пьетро.

– Не волнуйся, её сразу возьмут в какую-нибудь другую команду, – парировала Катерина. – Она слишком хороша!

– Так, ну всё, хватит! – вмешалась Марианна.

Они ещё долго сидели на кухне, обсуждая новость, пока Катерина не воскликнула, посмотрев на часы:

– Уже почти половина девятого. Мне нужно бежать! Мы обещали ребятам, что придём посмотреть, как они тренируются. У них сегодня вечером дополнительная тренировка на стадионе.

– Этим вообще не о чем беспокоиться, – вставил Пьетро, – у них есть спонсор.

– Ты просто невыносим, – буркнула Катерина. – И потом, ты обещал пойти со мной.

Пьетро наконец положил телефон на стол, встал и со стоном потянулся.

– Конечно, но только потому, что ты сказала, что Элиза тоже пойдёт.

– Наденьте что-нибудь тёплое! – вмешалась мама.

– И не задерживайтесь допоздна, завтра в школу, – добавил папа.

А Плавт с надеждой завилял хвостом.

16

Трудный выбор