– Забудь! У нас есть дела поважнее!
Катерина подошла к двери, протиснувшись сквозь толпу.
Виктория стояла радом с Алексом, положив руку ему на плечо и тщетно пытаясь его успокоить.
– Брось, Маттео, – снова заговорил Алекс, – всё уладится, выходи, мы тут все ждём тебя.
– Давайте выломаем дверь, – шёпотом предложила Виктория.
Катерина подошла ближе, постучала и сказала как можно громче:
– Маттео, честное слово, я сделаю за тебя все домашки по рисованию! И обещаю, что отдам тебе старый компьютер моей мамы! Только выйди оттуда!
Катерина надеялась услышать смех Маттео или получить хоть какой-то ответ. Что угодно, только не эта леденящая тишина по ту сторону двери. Но Маттео молчал.
– Его отец идёт, – шепнула Катерине Виктория.
Все отошли в сторону, пропуская синьора Бордотти. Это был очень высокий мужчина с большим животом. Обычно он носил костюм и галстук, но в тот вечер на нём была обычная рубашка с расстегнутым воротником. Он смотрел вперёд потерянным взглядом. В холодном свете голых лампочек тёмные круги под глазами казались глубже – тревога изменила его лицо. Рядом шёл не менее обеспокоенный тренер.
Синьор Бордотти положил обе руки на закрытую дверь, как будто мог открыть её каким-то волшебным способом.
– Маттео, дружище, – начал он дрожащим, но сильным голосом. – Что случилось?
Все ждали ответа, но ответа не было.
– Я пришёл, чтобы выслушать тебя, Маттео. Говори всё, что ты хочешь мне сказать!
В его голосе слышалась мольба, заглушавшая и смягчающая повелительный тон.
Все затаили дыхание. Отец Маттео ударил по двери с такой силой, что она заходила ходуном.
– Пожалуйста, скажи что-нибудь. Я выломаю дверь, если нужно будет.
Он повернулся к тренеру и произнёс одними губами:
– Вызывайте пожарных.
Тренер кивнул и потянулся за телефоном.
По коридору пробежал неровный гул, а Виктория прижала руку ко рту, будто хотела подавить рвавший наружу крик страха.
Катерина обняла её и почувствовала, что она дрожит.
Элиза положила руки им на спины.
Наконец из-за двери донёсся голос Маттео:
– Я больше не хочу играть в футбол. Я не хочу становиться архитектором. Я хочу сам выбрать, кем мне стать.
Тренер в нерешительности замер с телефоном в руках, так и не успев набрать номер пожарной службы.
– Ну, хорошо. Надо было просто сказать мне об этом, – проговорил синьор Бордотти дрожащим голосом; его глаза блестели от слёз. – Открой, пожалуйста.
В замке повернулся ключ. Синьор Бордотти тут же открыл дверь, вытащил сына из раздевалки, словно спасая от адского пламени, и обнял, бормоча непонятные слова в его спутанные волосы. Алекс подпрыгнул и закричал от радости.
Виктория вырвалась из объятий Катерины и захлопала в ладоши.
К ней присоединились все остальные, кто плача, кто смеясь.
– Так, а теперь живо всем смотреть тренировку! – крикнул тренер, разгоняя толпу, чтобы отец с сыном могли остаться наедине, и потом обратился к Алексу: – Пойдём-ка со мной. Вернёмся к ребятам на поле. Думаю, им нужны хорошие новости.
Тренер увёл с собой Алекса.
Катерина, Пьетро и Виктория тоже незаметно вышли на свежий воздух.
– Ох, как же это было волнительно! – со вздохом сказала Виктория.
– Мне казалось, что я дышать не могу, – призналась Катерина.
– А у вас всегда так драматично проходят тренировки? – спросил слегка ошарашенный Пьетро.
– К счастью, нет, – успокоила его Катерина, у которой голова шла кругом.
– А вы Элизу не видели? – сменил тему Пьетро.
– Я видела, как она уходила с телефоном в руке, – сказала Виктория. – По-моему, она со своей матерью разговаривала.
Катерине хотелось подождать остальных, чтобы поговорить о том, что произошло с Маттео, и сообщить всем, что их секции могут закрыть. Но Пьетро вдруг заторопился домой, и не только потому, что Элиза исчезла. Он вспомнил, что ни он сам, ни его сестра не выгуляли вечером Плавта… и был почти уверен, что их четвероногий друг не простит подобного обращения.
17
Новости и сплетни
НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО в школе Маттео казался абсолютно счастливым человеком. Он пришёл с улыбкой от одного уха до другого, как всегда в сопровождении Алекса. По дороге в школу Маттео заметил, что, завидев его, школьники переходили на шёпот. Он предполагал, что его вчерашняя смелая выходка уже стала притчей во языцех, но никогда бы не подумал, что на него будут смотреть, как на существо с двумя головами.
Прежний Маттео опустил бы голову и сделал вид, что ничего не происходит. Но нынешний Маттео поступил иначе. Он громко поздоровался со всеми и тут же отправился благодарить тех, кто разговаривал с ним через дверь вчера вечером. Он не пропустил никого, а Викторию даже крепко поцеловал в щёку, чем вызвал восторженные возгласы подруг. Виктория не возражала, хоть и залилась алой краской.