Согласилась на свою голову.
А этот гад на следующий день и не вспомнил о своём порыве! И на мои тактичные вопросы опять заладил, что хватит нам малышни.
Ага, хватит. После того, как так удачно всё получилось. Прицел идеальный у Гирса, партоны то, что надо. С первого раза и сразу вышло. Мы с ним снайперы настоящие.
– Лиза, – снова повторяет и притягивает меня к себе в объятия. По коже бегут мурашки, но это ведь от холода. Явно не из-за него. Я так злюсь, так что не могу и не хочу реагировать… Миша наклоняется и шепчет мне на ухо: – С нетерпением буду ждать вечера.
Что? Я застываю статуей.
И понимаю отчётливо, что его горячий, обжигающий шёпот теперь определённо точно влияет на меня. Всё тело мгновенно отзывается на него, и возбуждение несётся прямиком к низу живота.
Блин, у нас и секса больше двух недель не было. Для нас это какой-то нонсенс. Так не бывает. С нашими-то темпераментами. Но меня как отрезало при мысли, что он не будет радоваться тому, что у нас получилось так внезапно быстро забеременеть. А предположение, что мы разойдёмся на этой почве, вообще меня добивать стало.
Я сама уже не своя. Все нервы себе измотала разыгрывающимися в голове сценариями. И ни один из них мне не нравится. Все ведут к глобальной катастрофе в семействе Гирс.
Миша проводит рукой по моей щеке, заставляя меня задыхаться от этой нежности.
Да что на него нашло? После моих отказов, он же злой ходил, будто резко разлюбил, будто я его самого важного лишила, а сейчас…
Его губы накрывают мои. Он резко, пользуясь моим замешательством, врывается в мой рот и толкается языком. От неожиданности я теряю опору под ногами, будто мышцы все резко расслабляются. Я вцепляюсь в его пальто, едва соображая.
Он сладко, глубоко целует. Так, как давно не было.
И я, дурочка, ведусь на это, позабыв об обиде, о том, что у нас с ним безмолвная война, и что я не знаю его реакцию на будущее известие. Но так хочется на миг хотя бы выбросить всё это из головы…
Вспомнить это ощущение. Когда мы любили без оглядки. Просто потому, что мы без ума друг от друга…
– Эй, хватит тут уже развратничать. Гирс, нам пора, – ворчит брат.
И я даже мысленно представляю, как Дима закатывает сейчас глаза и недовольно отворачивается. Не любит он наблюдать наши нежности с Мишей. Как был насторожен насчёт наших отношений, так до сих пор блюдёт порядок и следит, чтобы мы не хулиганили, не позволяли себе лишнего.
Вредина, а не брат.
Миша отрывается от меня, продолжая одной рукой придерживать за поясницу, а второй поглаживая щёку большим пальцем. Я смотрю в его глаза, сходя с ума от всколыхнувшихся ощущений.
Как раньше. Когда нас штормило друг от друга.
– Я люблю тебя, – выдыхает мне в губы. – Увидимся через пару часов.
Он снова целует. В этот раз коротко чмокает и отходит. Вся банда загружается в машину. Брат, Тормасов и мой муж. А я подхватываю хаски на руки и отступаю к дому. В душе бедлам творится.
Миша ведёт себя странно. И я пока не могу радоваться этому. Потому что самое страшное ещё впереди. Через пару часов, да. Когда я буду признаваться ему во всём.
Я вздыхаю и захожу внутрь.
Передаю маме с папой зверёныша. Пью остывший чай. Сейчас соберусь и поеду за Верой. Она сегодня на дежурстве, а Дима на концерте. Решили, что я её заберу. Старших детей брата уже привезла. Своих тоже. Остался только младшенький брата – Сашенька. Его должен привезти Матвей.
И пока я перевариваю поцелуй и странную нежность от Миши во двор уже заруливает автомобиль Потёмкина.
Я выхожу на встречу с натянутой улыбкой и получаю такую же в ответ.
М-да. Кажется, не у одной меня какие-то проблемы.
_____________________________
Глава 7. Перемены
Матвей Потёмкин
Выгружаю Сашку Змеева из автокресла, Улька вовсю машет ручками и отправляет ему воздушные поцелуи. Внутри меня вскипает иррациональное чувство прекратить это безобразие сейчас же. Моя принцесса… не должна ещё так реагировать на мальчиков.