-Я прошу, не делай так больше. Я люблю Кирилла. Я не хочу делать ему больно, если он об этом узнает. И обманывать его, я тоже не могу. Прости.
-Ты всё- таки осталась с ним?
-Да, я люблю его, и он любит меня. Он обещал исправится, и я ему верю.
-И, где же тогда твой Кирилл, когда тебе так плохо?
-Ему нужно было уехать. Он не знает, что я заболела. Я ничего ему не говорила. Я не хочу, что бы он бросал из-за меня свои дела. - На половину я соврала. Да, я люблю Кирилла, и да, он не знает, что я заболела. А не знает он потому, что всё это время не не могла до него дозвониться. Я не вижу с ним никакого будущего, с каждым днём я думаю, что ему всё - равно где я, что со мной, что он забыл обо мне. Использовал, а я доверилась ему. И вот теперь, когда я поверила ему, он бросил меня и уехал. Просто , у меня нет другого объяснения. Я не знаю, что больше и думать. Андрей ушёл на работу, и сказал, что придёт проведать меня вечером. Днём, около трёх часов приехал проведать меня Василий Михайлович. О том, что я болею, он узнал от моего отца. Он позвонил моему моему дяди, чтобы предупредить, что меня какое-то время не будет на работе. Но из-за расспросов моего дядюшки, и его же болтливого языка, в школе буквально все узнали, что Анна Кошмал лежит при смерти дома. Если честно, то я даже нисколечко не удивлена, это же мой любимый дядюшка- клоун. Таких только поискать нужно. Температуры у меня уже нет, и чувствую я себя гораздо лучше. Наверное, это из-за того лекарства, которое дал мне Андрей, перед тем, как уйти. Всё остальное время я маялась от скуки. Ходила дуда-сюда по дому в поисках своего вдохновения хоть, чем-то заняться, и только то и дело брала телефон в руки, что бы ответить на звонки всех моих знакомых, и сказать им, что у меня всё хорошо, и я скоро выйду на работу.
Время шло медленно, но я все же дождалась Андрея. Наверное, вы подумали, что я очень сильно по нему соскучилась? Но...нет. Я хочу прогуляться. Хочу проветрить свои мысли. Хочу побыть наедине от всего этого хауса, который творится сейчас у меня дома. Меня окружают до невыносимости чрезмерной заботой, что от этого голова идёт кругом. Единственное, что я хочу- это побыть в тишине.
-Андрей, можно мне прогуляться. Я не хочу находится уже в этом доме. За целый день он мне надоел.
-Я не могу тебя отпустить. А если с тобой снова, что-то случится, а я не смогу быть рядом?
-Со мной ничего не случится, я обещаю. Я возьму с собой телефон, и всегда буду на связи. Не бойся за меня. Пожалуйста. Мне хочется прогуляться, хочется вдохнуть , наконец, свежего воздуха. Да я такое огромное количество времени ни когда не тратила, сидя просто так дома, и ничего не делая. Я не привыкла к этому.
-Ну хорошо. Ты, наверное, за это время мне целое сочинение написала, как проще тебе будет отпроситься на улицу. Я, каждый раз всё чаще и чаще удивляюсь и в тоже время восхищаюсь тобой. Но только, что бы ты всегда была на связи. Я не хочу потом обзванивать все полицейские участки, больницы. И не дай Бог морги. Иди собирайся.
-Спасибо.- Я очень крепко его обняла, сама не ожидая этого от себя. Да и он, по- моему, был в недоумении, но все же так же крепко притянул меня к себе и обнял меня. После чего, я побежала в свою комнату, что бы переодеться от домашнего в более уличный стиль. Светлые джинсы, прилегающие к ногам и белую футболку с большим вырезом. Такой наряд меня вполне устраивал. Я уложилась всего за несколько минут и ушла гулять. Первым делом меня потянуло на набережную. Прекрасный ночной вид. Очень спокойно и хорошо. Свежий воздух. Ветер играется с моими волосами, делая из них непонятную косу, но я не обращаю на это внимание. Я как заворожённая смотрю на весь этот ночной город, освещённый светом множества фонарей. Подходя к мосту, я облокотилась о перила, и посмотрела в воду, где так же отражался свет от ярких фонариков. Я простояла минут тридцать в тишине, пока у меня не зазвонил телефон. Достав его из кармана, я посмотрела на экран и невероятно сильно обрадовалась, потому, что мне позвонил самый дорогой человек на свете. Да, вы правильно подумали, на моём экране высветилось имя «Кирилл», и я ужасно сильно рада, что он, наконец, за такое большое количество времени, смог мне позвонить. Я очень надеюсь, на то, что Кирилл мне все объяснит, и это будет веская причина...но и очень сильно боюсь, что он забыл меня, хотя... ведь это же не возможно, правда?
Мои мыли менялись каждую секунду то в хорошую сторону, то наоборот, в сторону, о которой я даже и думать не хочу. Чего я боюсь? Наверное, того, что когда я отвечу, и услышу его бархатный голос, я расплачусь. Расплачусь от того, что очень сильно хочу, что бы сейчас он был рядом со мной. Стоял на этом же мосту, сзади меня, и крепко прижимал меня к себе в своих объятиях. Чтобы целовал меня в шею, и говорил, как сильно он меня любит, и как сильно он хочет быть со мной. Или расплачусь от того, что он скажет, что больше не хочет быть со мной вместе, что я ему надоела, что я ему и вовсе была не нужна, или же что он нашёл себе другую девушку, более лучше, чем я. Я забылась в своих мыслях, думая о каждом мгновении проведённом с Кириллом, не заметив, как мимо меня с огромной скоростью проехала машины. Я успела в последний момент сделать шаг назад, ещё ближе к перилам, и уранила за них свой телефон, который так и не перестал трезвонить. Конечно же я испугалась, но больше всего мне хотелось ответить на этот чёртов телефонный звонок, и всё же услышать его голос, который, возможно, я уже и забыла, ведь мы так давно не виделись, мы так давно не разговаривали. Я небрежно перелазить через перила, и, на автомате смотрю вниз. Огромная высота. Главное не упасть. Я ужасно сильно боюсь воды. Не умею плавать, потому что как- то раз чуть не утонула. После этого на море я не ездила, на речку, как все обычные подростки я не ходила, в прудах не плавала, а вместо этого искала отговорки и принимала исключительно только душ и ванну. Даже страшно смотреть на это. Дрожа я аккуратно сажусь на колени, так держась за перила, и медленно тянусь к своему телефону.