Все это время я старательно следовал этому обещанию. Не то чтобы это было слишком сложно, если честно… Несмотря на то, что отец позаботился о том, чтобы произошедшее так и осталось тайной, окружающие как будто чувствовали, что со мной что-то не так. В школе меня сторонились, в универе побаивались. Что уж говорить, даже папаша мой чувствовал себя неуютно в моем присутствии.
Поэтому сохранить данное себе слово не составляло ни малейшего труда. Если у меня не будет близких людей, то некому будет меня и предать. Верно ведь? Без ложной скромности, даже в двенадцать лет у меня была железная логика.
Но с Алисой все по-другому. С ней я чувствую. С ней я живу. Ей я доверяю.
Но это не отменяет факта, что Грушевский полный мудак. Алиса в силу своей наивности не замечает его похотливых взглядов. Моя девочка уверена, что если окружающие в курсе того, что я ее парень, то это как бы автоматически освобождает ее от грязных заигрываний противоположного пола. По идее, так и должно было быть. Но Грушевский зарвался. И пора бы ему об этом напомнить.
Широким шагом миную расстояние между нами и смерив его взглядом напоминаю:
— Кажется, я тебе еще два месяца назад говорил, что она не заинтересована, чувак. Ладно, гордости у тебя нет, но как насчет чувства самосохранения?
Ян довольно плотно сложен, не удивлюсь, если в свободное время он любит поколачивать грушу в зале. Но я выше. А еще злее. Поэтому сейчас я угрожающе нависаю над ним и он инстинктивно вжимает голову в плечи, хотя в глазах упрямо горит презрение. Камикадзе херов.
— Я прекрасно знаю, что Алиса не заинтересована во мне, — с напускной ленцой отвечает он. — Она заинтересована лишь тобой. А вот чем вызван твой интерес, Скалаев?
— Всем, — без раздумий отвечаю. — Алиса интересна мне вся и полностью.
Ее подруга при этом громко вздыхает и прикладывает руку к сердцу, но Грушевский не сдается.
— Могу поспорить, кое-что в ней тебя все-таки привлекает больше всего. Дайте подумать… например, ее счет в банке.
— Ян, что ты несешь? — недоуменно цедит Алиса.
— Ты не знала? Отец Скалаева под следствием, все счета арестованы, имущество конфисковано. Твой избранник нищий, Алиса. Ни-щий.
Он произносит слово по слогам, будто это самое ужасное ругательство в мире. Ее подружки синхронно подносят ладони к губам и округляют глаза. Выглядят при этом как морские котики- синхронисты из дельфинария, но Алиса лишь устало вздыхает:
— Я в курсе, Ян. Но это не твое дело.
— В курсе? — таращит глаза Грушевский. — И тебя не удивляет, что Марат Скалаев, который перетрахал пол универа и ни разу даже номер телефона не взял ни у одной девушки вдруг резко остепенился и начал встречаться с тобой? С будущей наследницей огромной империи отца?
— У тебя поразительные знания о моей личной жизни, — ехидно усмехаюсь. — Ты, может, еще и учет ведешь тех, с кем я спал? Попахивает маниакальной навязчивостью, Грушевский.
— А от тебя попахивает Альфонсом, — огрызается он.
— Ян, у Марата нет проблем с…, — начинает Алиса.
— Принцесска, — мягко перебиваю ее. — Не обращай внимание, это обычная ревность.
Затем я перевожу взгляд на придурка и пытаясь быть очень убедительным, произношу:
— Будь добр, держись от моей девушки подальше. Несмотря на то, что я за тобой с блокнотом не хожу и понятия не имею с кем ты проводишь свои жалкие ночи, но раз уж мы заговорили об отцах, было бы кощунственно с моей стороны не упомянуть твоего… Что ты думаешь по этому поводу, Ян?
С наслаждением замечаю как на его скулах играют желваки и через секунду он резко направляется к выходу, бросив на прощание злобное:
— Да пошел ты.
Глава 36
Я едва высиживаю оставшиеся пары. После произошедшей стычки между Маратом и Яном чувствую себя крайне неловко. А еще мне стыдно признаться, но среди всего этого сумбура в голове присутствует и невероятное облегчение. На мгновение я успела испугаться, что Грушевский вполне может со злости рассказать Марату о корпоративе МиКрейта и своем дне рождения…
Понятия не имею откуда взялась эта неприязнь между ними. Если бы я знала, что Грушевский в курсе проблем отца Марата, я бы никогда не стала его просить изображать моего парня.